На границе Вселенной. 3 тома в 1

Каст остановился и положил дряблые руки на колени. А я всё ещё продолжал «творить». Это напоминало весёлую детскую игру, только теперь я плёл не узлы для пиратских кораблей, а настоящую атмосферу.

Старик встал, подошёл вплотную ко мне, и, наклонившись, наблюдал за моими движениями. Через несколько повторяющихся звеньев, старик взял меня за руки и произнёс:

– Большие пальцы нужно сложить вот так, – и показал мне движение, как большие пальцы рук касались трижды внутренней стороны ладони и мизинца.

Я повторил, как просил старик, и у меня получилось выдать на несколько потоков воздуха больше.

Каст в изумлении смотрел на меня, поглаживая бороду. Ещё через несколько минут моих манипуляций пальцами, он снова положил свои костлявые руки на мои и прижал их к себе.

– Откуда ты взялся, мальчик? – удивлённо спросил он.

– Меня забросил сюда портал, – я улыбнулся старику.

Люди в толпе стали переговариваться ещё громче.

– Как тебя зовут, дитя? – спросил старик, широко открыв свои синие глаза.

– Маркус.

– Согласишься ли ты остаться с нами, Маркус? – Каст показал рукой на толпу людей в круге. – Взамен на твою помощь в воссоздании планеты, я готов научить тебя всему, что знаю, – второй рукой он всё ещё прижимал к себе мою ладонь.

– Конечно, – не задумываясь ответил я, и поднялся с земли.

Сразу подошёл тот самый незнакомец, который провожал меня в деревню. У него неожиданно нашлось место в лачуге, и он позвал меня остаться. Я, конечно, посмеялся, но согласился.

Каст долго пожимал мои руки и просил приходить к нему по утрам. Этот момент показался мне одним из самых счастливых в моей жизни, не смотря на окружающую обстановку. Люди вокруг принимали меня таким, какой я есть.

Сурового незнакомца звали Чикату, и он проводил меня к своему домику, как только все разошлись. От него я узнал, что мужские имена людоедов всех планет галактики Альсон заканчивались на «у», а женские – на «и», с ударением на последний слог.

Чикату жил один в небольшой глиняной постройке.

Тут была всего одна комната не больше двух квадратных метров. Людоед настаивал, чтобы я занял его кровать, которая представляла собой настил из множества старых тканей на полу, но я всё же отказался. Тогда он соорудил ещё более простое спальное место для меня, но отдал мне своё потрепанное одеяло. Тут уж спорить не стал, очень хотелось спать.

Проснулся я на рассвете и чувствовал себя хорошо отдохнувшим. А Чикату к этому времени уже давно не спал.