Стилет с головой змеи. Петербургские детективы

Через некоторое время мы вернулись в гостиную, где нас встретили настороженные взгляды Елизаветы Кондратьевны и Амалии Борисовны. Ерофей так и стоял, не двигаясь, у дверей, что придавало ему сходство с деталью интерьера.

Грузно опустившись в кресло, Кудасов сказал:

– Что ж, зонты и трости гостей я осмотрел. Сам я предпочитаю ездить на извозчике, поэтому зонт с собой не ношу. А теперь попрошу многоуважаемых хозяев сосредоточиться и вспомнить, сколько всего зонтов и тростей имеется в доме.

Оглянувшись на сестру, Игорь ответил за всех:

– У меня есть пара любимых тростей и пара зонтов.

Кое-какие трости есть… были у отца, но он их не очень любил.

– У меня три зонта от дождя, ? поддержала брата Ирина. – У Елизаветы Кондратьевны много парасолей, ? точного количества не припомню (совсем успокоившаяся молодая вдова кивнула). Есть зонты и у прислуги…

Егор Федотыч был озадачен количеством предметов, которое ему предстояло осмотреть. Он надолго замолчал, теребя ус, и обдумывая услышанное. Я понял, что теперь ему придётся прочесать весь дом вместе с мебелью и закоулками, обследовать балкон и фасад в поисках возможных трещин и тайников.

Усы Кудасова подрагивали от напряжения. Но через пару минут я почувствовал, что ему в голову пришло какое-то решение.

– Мы обязательно всё осмотрим, ? пробормотал он. ? Осмотрим.

Затем окинул присутствующих взглядом строгого сыча, и твёрдо произнёс:

– Дамы и господа. Мне необходимо произвести личный досмотр.

Очень личный досмотр

Пауза после слов Кудасова быстро налилась свинцом, но молния ударила с негаданной стороны.

Во всеобщем молчании прозвенел голос моей тёти:

– У вас есть на это право, Егор Федотыч? Покажите мне бумагу…

Гений сыска сразу сник и превратился из начальника в просителя:

– Елизавета Кондратьевна. Я глубоко уважаю вашу семью. Мы же хотим найти убийцу… вашего мужа.

В ответ он получил безжалостный и точный удар от Ирины:

– В вашем присутствии, Егор Федотыч, произошло преступление, а сейчас вы собираетесь отыграться на нашей семье!

Это был нечестный приём, но я знал, что Ирина никогда не простит Кудасову ареста Ланге.

В жестокой мести она была неумолима, как богиня возмездия Немезида. Правда, у неё были смягчающие обстоятельства: не каждый день переживаешь смерть отца, бесследно исчезает внушительная часть наследства, и арестовывают любимого человека.

– Ирина Феликсовна, ? опешил коллежский советник, ? я же ищу преступника и орудие преступления.