Повести

Демин среагировал на мои толчки не сразу и я, даже немного заволновался, не хватил ли его солнечный удар. Я вылил на него почти всю бутылку газировки, прихваченную с собой, благо, автомат с ледяной водой у нас работал бесперебойно. Анатолий приподнял голову и снял чалму.

– Благодать-то, какая! – наигранно нараспев, произнес он. – Солнышко печет, водичка по телу течет. Благодарю. А, что, водичка уже кончилась? Да, да, понимаю. А ты пить что будешь? Ладно, шучу.

– Как дела, Толя?

– Какие могут быть дела? Дела будут впереди.

Кстати, знаешь ли ты, что офицеры безопасности куда-то забрали нашего тренера, Витьку Фирсова. Как ушел к охранникам, ни слуху, ни духу о нем. Простить не могут его первое выступление, когда он им рты заткнул.

– Да ты что?

– Я сунулся, было, в это дело, да меня предупредили, что и у меня нос в пуху и, дернись я еще, уйду туда же, куда попал Фирсов. Как ты среагируешь на это сообщение – не знаю, но выручать Витьку нужно. Я уже все облазил, нет нигде. Не могли же они его просто убить, да за борт.

А, вообще-то, разобраться надо.

Он замолчал, а я, взвинченный сообщением, подхватив свое одеяло, с трудом нашел своих ребят, Руслана и Ивана Ивановича, вкратце объяснил им свое волнение и, соблюдая субординацию, попросил разрешение у своего командира обратиться к полковнику Грохотову.

– Иван Иванович, захвати наши одеяла. Мы с Виктором должны кое-что провернуть. Я иду с тобой, – решительно заявил Руслан, и пошел к трапу в трюм.

«Черного полковника» мы застали в палатке за длинным столом.

Он сидел в одиночестве, пальцами обоих рук обхватил виски и, покачиваясь, напевал какую-то грустную русскую песню, но не словами, а одним голосом. Он с опозданием среагировал на наш приход и, нам с Русланом показалось, что он пьян. Однако когда он поднял голову и, посмотрев на нас впадшими усталыми глазами, спросил, с чем мы пришли, нам расхотелось пытать этого выможденного пожилого полковника. Но и уйти, не решив вопроса, мы не могли.

Не задумываясь, Руслан спросил:

– Товарищ полковник, скажите нам, где лейтенант Фирсов?

Голова полковника снова опустилась.

Не подымая головы, он стал говорить:

– Офицеры службы внутренней безопасности воспользовались тем, что вы, бойцы Команды, стали терять человеческие качества. Они надеются, что сейчас никто ни за кого не выступит и не потребует отчета за жизнь пропавшего офицера. Ну, что вам говорить об этом, ведь вы умнее и подготовленнее меня. Идите с миром по каютам.