Страницы зеркал

Вы, похоже, догадывались о возможных вариантах развития событий, как я сказал, определенные навыки у Вас есть, поэтому отправили книгу с подсказкой господину Вагнеру, о котором узнали от своего лондонского знакомого. Думаю, Вас немало удивит тот факт, что Вы неплохо были знакомы с погибшим британским дипломатом. Не то чтобы были друзьями, но регулярно общались, Вы даже бывали у него дома. Возможно, этот факт и послужил… Впрочем, довольно, это потом, мы приехали.

Повозка стала поворачивать, я, слегка приподнявшись на локте, смог рассмотреть потемневший от времени и слегка покосившийся забор из штакетника, увядающие осенние цветы на многочисленных клумбах и вполне типичный для этой местности сельский дом.

Выбраться из повозки мне помог Рональд и подошедший работник – на ногах я стоял пока не очень уверенно. Пахло увядающей растительностью и прелыми яблоками, над окружающими полями и темнеющим вдалеке лесом неровно лежал туман.

Мы прошли в дом, в прихожей было довольно темно, но запахи резко контрастировали с тем, что я ожидал от подобного рода жилья.

Вместо прогорклого жира, керосина и угольного дыма дом был наполнен ароматом восточных курений, какими-то явно нездешними растениями. Легкий звон колокольчиков сопровождал насвистывание птиц.

Поднявшаяся с кресла хозяйка вполне гармонировала со своим жилищем. На ней был золоченый халат, покрытый какими-то немыслимыми орнаментами и длиннохвостыми сине-зелеными птицами.

На шее висело ожерелье из крупного жемчуга, возможно, фальшивого, на голове платок, лицо украшал вычурно-яркий макияж. По возрасту – около 50. На местную пейзанку никак не походила.

Кажется, они с Рональдом и правда были хорошо знакомы, возможно, даже ближе, чем просто приятели. Они обнялись искренне, пару комментариев на тему, как мы доехали, расспросов о том, как дела, не было, видимо, встречались недавно. Потом ее взгляд прошелся по мне, изучающе, как-то вглубь.

– Это N. Я попрошу приютить его на время.

После этого они перешли на какой-то неевропейский язык, который показался мне смутно знакомым, но никаких выводов относительно его происхождения я сделать не смог. Вероятно, рассказывалась моя история и, возможно, были какие-то указания, что со мной делать дальше. Оставалось надеяться, что пребывание мое не окажется столь же скоротечным и негостеприимным, как у Анны.