Страницы зеркал

Препоручив таким образом меня новой хозяйке, Рональд вручил ей два увесистых свертка, прокомментировав это на том же непонятном языке, и стал собираться сославшись на необходимость вернуться засветло. На прощание пожал мне руку и уже в дверях, полуобернувшись, произнес:

– Не делайте больше ошибок, милый N.

На этом мы остались вдвоем.

– Рената, – представилась она.

Я кивнул, называть свое имя смысла не было, Рональд произнес его несколько раз за время короткого общения.

– Идемте.

Она жестом указала на дверь, ведущую в, как оказалось, некое подобие кабинета.

Книжные полки были заставлены очень старыми, если не сказать древними, книгами, пузырьками, пробирками, чашечками, банками. Сильно пахло травами и какой-то химией.

– Присаживайтесь.

Я опустился в мягкое кресло, облачко пыли поднялось и стало вращаться в луче света, падающем из узкого высокого окна. Большая часть помещения была в полумраке.

– Я понимаю, что Вы устали, но, полагаю, для Вашей же пользы будет немного заняться делом.

Взгляните сюда.

Она достала из ящика какой-то блестящий медальон. Крутанула его и поднесла почти к моему лицу. Луч света отражался от золотистой поверхности (кажется, это была монета) и яркими вспышками бил в глаза. Это было неприятно, я перевел взгляд на вращающийся поток пыли, струи обтекали друг друга не перемешиваясь, в какой-то момент уплотняясь в более темные облака…

…облака висели сплошной пеленой над Кафедральным собором. Я уже немного опаздывал на занятия, вызванное этим раздражение переносилось на еле плетущийся кэб, на неторопливых, преисполненных чувства собственной важности пешеходов и на эту ненавидимую мной серость вечно царящей тут осени.

Некой иронией выглядело то, что сегодняшнее занятие должно было быть посвящено времени, пониманию его природы и умению управлять им. Подумалось, что возможно управлять временем без всякой магии – достаточно проснуться на 15 минут раньше.

Осознавая бессмысленность нынешних переживаний я постарался переместить точку внимания на события вчерашнего дня, точнее, вечера.

После занятий мы с Ольгой вышли и направились по как-то быстро сложившейся традиции вдоль набережной по направлению к ее дому. Шел моросящий дождь, свет газовых фонарей отражался от мокрой брусчатки, она что-то напевала, размахивая иногда в такт рукой в белой перчатке. Время от времени ее внутренний ритм требовал каких-то ударных инструментов, в этот момент ее пальцы коротко отбивали дробь по моему плечу.