Брошенка

Последние оставили свои подарки, испуганно уставились на родителей, а Вячеслав вымучено прикрыл глаза. Что творит эта женщина, блядь? Дожили, его спокойная жена превратилась в сварливую бабу.

– Уймись, Нина. Мы обсудим всё наедине, не при детях.

– Нечего обсуждать! – фыркнула и, развернувшись на пятках, ушла на кухню.

– Пап, а почему вы ругаетесь? – Яна уставилась на отца вопрошающим взглядом.

Вот… Нина.

– Всё нормально, Ян. Идите к себе, – а сам за женой пошел, стиснув от злости челюсти.

*****

– Какого хера ты творишь, Нин?! Это что, блядь, за бунт на корабле?! – ворвался на кухню, плотно закрывая за собой дверь.

Честно говоря, совет Юльки немного «подраконить» Варламова, так сказать, для активации угасающих чувств, был так себе. Я уже начала жалеть, что воспользовалась им. Разумеется, говорила не настолько громко, чтобы услышали дети, но сам факт того, что я устроила мужу скандал, как базарная торговка, честно говоря, заставлял почувствовать себя не очень хорошо. Но раз уж начала…

Хотя сама Юлька считает, что иногда устраивать мужику взбучку даже полезно.

Было немного не по себе проверять ее теорию на деле, но вчерашнее его молчание заставило задуматься о прочности наших отношений. Разумеется, я не верила в то, что муж мог мне изменить, как обьясняла его поведение подруга, но стало ясно, что что-то не так. И чем раньше я задумаюсь о сохранении своей семьи, тем лучше будет для всех нас.

– А чего ты ожидал? – вздернула подбородок, искренне надеясь, что не переигрываю, актриса из меня не важнецкая.

 – Где ты был вчера? Я звонила тебе с шести вечера до полуночи! Обьяснение тут только одно – ты был с любовницей!

Слава покачал головой, прислонился к стене, словно сильно устал. Причем не столько физически, сколько морально.

– Нин, какая нахрен любовница? Я вкалываю с утра до ночи, у меня нервный тик скоро начнется! Куда мне еще любовницу?!

– Известно куда, – подошла к окну, пытаясь скрыть истинные эмоции.

Всё-таки зря я затеяла этот скандал. Он и так еле на ногах стоит, а тут ещё я со своей ревностью наигранной.

Ну глупо же! Где мой Варламов, а где измена?

– Нинок, – подошёл сзади и, обняв со спины, упёрся подбородком мне в затылок. – Что за дурь ты себе в голову вбила, а? Я же люблю тебя, дети у нас… Ну какая любовница?

Вот тут и пришёл конец моему терпению. Повернулась к мужу и, повиснув на его шее, улыбнулась.

– Правда любишь?

– Ну конечно, глупая ты женщина, – коснулся губами моего лба, а я выдохнула.