Брошенка

Как погуляла? Надеюсь, всё хорошо? – повысил голос, пытаясь задавить в себе желание надрать ей задницу.

– О, милый! Привет! Дай поцелую! – еле ворочая языком, попыталась «заговорить зубы», а когда поняла, что не выйдет, просто упёрлась лбом в его плечо. – Ну хочешь, накажи меня… Я согласна на ремень… – и вырубилась.

Хорошо, успел подхватить на руки.

– Ну ни хрена же себе, с тётей Юлей задержалась.

ГЛАВА 5

Утро было не особо радостным, я бы даже сказала, адски мучительным. В голове долбил отбойный молоток, во рту пересохло, а желудок сводило от рвотных спазмов.

– Как себя чувствуешь? Всё хорошо? Может пивка принести? Или водки налить, накатишь? – муж был зол, что вполне объяснимо, но совсем не вовремя.

– Я бы просто водички выпила… С аспирином, – потянулась к тумбочке, на которой у меня всегда стоит стакан с водой, но в этот раз, как назло, его там не оказалось.

– Где ты шлялась до поздней ночи, не хочешь мне рассказать? – спросил грубо, одеваясь и не глядя на меня.

А я засмотрелась на его слегка влажные после душа волосы, крепкую, подёрнутую густой порослью тёмных волос грудь и даже забыла о похмелье.

Всё-таки какой же мужик мне достался. В восемнадцать был красавцем и в тридцать пять великолепен. С годами даже красивее стал. Мужественный, сильный, мускулы под кожей играют при малейшем движении, перекатываются и бугрятся, заманивая, завлекая, заставляя хотеть дотронуться до них, обласкать.

Прикусив губу, тихонько поднялась и, подкравшись к Славе со спины, обняла его.

– А может отшлёпаешь свою непослушную жену? – промурлыкала ему в шею, встав на носочки. – Готова понести наказание по всей строгости.

Я хорошо помнила, КАК он может наказывать. Так, что искры из глаз и крик до хрипоты. Только сумасшедшая откажется от такой «экзекуции». По правде говоря, я частенько в юности дразнила Славу, чтобы потом быть наказанной. И сейчас всё так же его хочу, до судорог и ноющей боли между ног.

– Ты не ответила на мой вопрос! Где ты была?! – рявкнул так, что вздрогнула и отскочила.

Повернулся и двинулся на меня. Схватил за запястье, больно сжимая и дёрнул к себе.

– Слав, больно! – отпихнула его, отпустил.

– Отвечай, где была, а то сейчас ещё и по лицу получишь!

Я ахнула и инстинктивно шагнула назад. Нет, он, конечно, всегда был ревнивым, но чтобы руки распускать… Такого не было никогда. Варламов сам всегда говорит, что бьют женщину только слабаки.