Хроники летописцев: Настоящее

Сидевшие на нитях искорки, как воробьи на бельевой веревке, начинали предупредительно шипеть и плеваться, стоило подойти к ним слишком близко. Существо не сводило с Шута пристального взгляда. А его хвост расчерчивал нервные круги. Пару раз он даже предупредил Шута об опасной близости призрачных нитей.

– Теперь слушай внимательно, – начало существо, когда Шут все-таки преодолел паутину и немного отдышался. – Чары лучше не используй, а если придется, у тебя будет только одна попытка. С тобой я не пойду.

 – Спрашивать почему не стоило, и так все ясно. Домовые с давних времен почему-то недолюбливают алхимиков. А судя по обстановке в кабинете и этой комнате, жил здесь не один алхимик. – И смотри, не позволяй себя отвлекаться, времени осталось мало.

Шут посмотрел на левую руку. Маленькие кусочки пеплом слетали на пол. Из блестяще черной перчатка медленно, но верно становилась грязно-серой и дырявой.

Шут взглянул на существо. Тот без лишних слов все понял. Он подошел к маленькому голубоватому шарику и потянулся к нему когтистой лапой.

Тот отлетел чуть в сторону, не дав к себе притронуться. На секунду послышалось недовольное фырканье. Пару долгих минут Шут наблюдал, как пара лап пытается поймать проворный шарик. Выглядело это довольно забавно. Существо было похоже на танцующего дикаря. Он делал то пару шагов влево, то вправо, и от этого его недовольство росло и росло. Пару раз грозно выругавшись, он бросил попытки.

– Э-э-э… – запыхавшись, протянуло существо, – мы с тобой так не договаривались.

В этот раз все точно получится. Ты же сам видел. Паренек-то непростой. Ну давай… а то я ведь и по-другому могу.

Шарик медленно поплелся на свое место. Он поголубел до цвета неба, и из него начали выползать тоненькие веревочки. Они очертили контур двери и слились с колонной.

– Вот спасибо! – поблагодарило существо.

Острый коготок трижды стукнул по темному дереву колонны, а может, и чего-то другого. Послышался щелчок.

Что ж, пришла пора поставить точку. Дверь без единого скрипа мягко открылась. Тяжесть, царившая внизу, навалилась и заставила волосы встать дыбом. И даже так Шут не позволил себе подумать об отступлении. Он смело шагнул в темный проем.

Первая, вторая, третья – Шут спускался по узкой винтовой лестнице. Вслед за ним бисером сыпались искорки. Они прыгали прямо на широкие огрызки свечей. Их мягкий свет отвлекал от ненужных мыслей и немного расслаблял.