Другой мир. Пленница Аида

– Не знаю… – а когда женщина не нравится, её трахают?

Существо принюхалось, пощекотало чем-то мягким моё ухо.

– Хм, от тебя пахнет семенем.

Резко накатила тошнота, и меня, согнувшуюся пополам, вырвало.

– Фу-у-у! Предупреждать же надо! – запричитало Нечто, а мне захотелось послать его ко всем… Аидам.

Но вымолвить я ничего так и не смогла. В коленях появилась слабость, закружилась голова, и моя несчастное, измученное тело сползло по стене вниз.

– Эй, ты чего? Человечишка-а? – Нечто чем-то ткнуло мне в щеку.

***

Меня куда-то тащили по полу, держа за запястья. Потом куда-то швырнули. Хлопнула дверь. Застонав, открыла глаза и, не увидев ни единого лучика света, отрубилась. Во сне хотелось пить, но я не могла даже пошевелиться. Да и находясь где-то на грани между реальностью и сном, я понимала, что едва ли найду здесь воду.

Через несколько нескончаемо долгих часов кто-то открыл дверь, подошёл ближе.

– Эй, рабыня! – ощутимо пнули ногой.

– Пить… – прошептала потрескавшимися губами.

– На, – почувствовав живительную влагу, схватила обеими руками что-то похожее на бурдюк и осушила сразу половину. – Вставай, раз не сдохла. Работать пойдёшь, – старуха бросила мне какую-то тряпку. – Надевай.

С трудом разлепила свинцовые веки и уставилась на старуху.

– Помогите мне встать.

Бабка резко рванула меня за руку вверх, и я с удивлением про себя отметила, что у старой силёнок-то побольше, чем у меня в лучшие времена.

– Мне бы поесть…

Желудок сводило голодными спазмами, и ужасно болело всё тело. Уже не знаю, какую эти изверги придумали мне работу, но долго я не протяну с таким отношением. А мне же ещё бежать, портал этот проклятый искать. Эх, угодило…

С трудом натянула на себя безразмерный балахон. А платьице-то получше было. Сейчас мне, правда, не до него, но как факт…

– Есть после работы будешь! Здесь просто так никого не кормят! – бабка подтолкнула меня к двери и направилась следом, в буквальном смысле наступая мне на ноги.

То и дело подгоняла меня, толкая в спину, а я каждый раз еле сдерживалась, чтобы не послать старую тварь куда подальше. Лишь надежда выбраться отсюда живой теплилась во мне и не позволяла наделать глупостей. Нужно усыпить их бдительность, а потом я уж сбегу. Только бы силы не закончились окончательно.

Бабка привела меня на кухню, толкнула к большому деревянному тазу.