Одержимость. Рыжая для Воина

Разумеется, выигрыш Артёма был на несколько нолей больше, чем все эти ставки вместе взятые.

Воеводин нахмурился.

– Ну? Ты слышал вопрос?!

– Брат… Я сам ничего не понимаю… – мужчина берёт в руки конверт, откуда достаёт сложенный вдвое небольшой лист бумаги. – Здесь какая-то записка…

– Читай! – гаркнул Артём, даже не подозревая, что гвоздём сегодняшней программы стал не только он…

– Помнишь, я назвала тебе своё имя? Ты запомнил его, Воин? Едва ли. Но я напомню. Меня зовут ЕЛЕНА ЕРМОЛОВА! Я та, что поимела Воина! Спасибо за деньги, это очень мило с твоей стороны, – Арсен дочитал записку и поднял оторопелый взгляд на Воеводина, собственно, как и весь зал.

– Вы слышали? Воина баба уделала!

– А я помню её! Рыжая такая! Он вроде как бросил её, ну и вот!

– Охренеть, Воина лохонула тёлка!

Злобные смешки завистников проносились по залу со скоростью ветра, а лицо Артёма с каждой секундой становилось всё багровее.

Глава 5

– Баба! Меня провела грёбаная баба! – мебель летала по комнате, словно перья из разорванной подушки.

 – Сука! Я убью тебя, рыжая шлюха! Удавлю голыми руками! Блядюга ебаная! – его голос сейчас больше напоминал рычание раненого льва, который из последних сил бросается на охотника, чтобы сомкнуть свои смертоносные клыки на шее посмевшего поднять на него оружие.

Да что там…

Она выстрелила ему прямо в лоб.

И дело даже не в крупной сумме, что Рыжая тварь увела из-под его носа, ловко облапошив тупорылых охранников в клубе.

Нет.

Дело в том, что она унизила его.

Растоптала на глазах у тех, что расступались перед ним, чуть ли не кланяясь, как королю.

Он и был королём ринга, где крепкие, смертельно опасные парни плевались кровью и теряли сознание под его «прессом».

Он – хозяин жизни! Был…

Пока эта малолетняя сучка не нагнула его.

Поимела, как сопливого пацана.

Влил в себя внушительную дозу водки прямо из горла и снова пнул стул, лежащий на полу, вернее, то, что от него осталось.

– Тём, если разобраться… Ты сам её спровоцировал, – его друг сидел на единственном, оставшемся в «живых» кресле, деловито закинув ногу на ногу.

 – Да и алкоголь тебе сейчас не лучший помощник. С каких пор ты вообще бухать начал? И прекрати так выражаться. Ты же знаешь, я не люблю, когда так говорят о женщинах, какими бы те ни были.

– Бля, чтобы я сейчас делал без твоих дипломатических речей! Иди на хер отсюда! Оставь меня! – Воеводин швырнул уже опустевшую бутылку в стену и та разлетелась на мелкие осколки.