Страшная сказка

Не теряя ни минуты, я кинулась вниз по тротуару, где яблоки, стремительно набирая скорость, скатывались с потрескавшегося кирпича. Собрав все фрукты у подножия холма, я вернулась к девушке.

– Еле догнала, – сказала я, убирая прилипшие ко лбу волосы. – Еще раз извините.

Девушка, получив обратно свой пакет с несколько побитым содержимым, смотрела на меня, нахмурив свои широкие брови: я могла бы сказать, что она усиленно пытается что-то вспомнить.

– Мы раньше не встречались? Ваше лицо кажется мне знакомым.

– Не думаю.

Нет, среди моих знакомых нет молодых мамочек с потертыми штанами из магазина типа «Всё задаром». Ты ошиблась, крошка.

– Бог мой… – внезапно воскликнула она, расширив глаза. – Софи!

Я недоуменно нахмурилась: откуда эта девица меня знает? Знакомая матери?

– Соф, ты что же, не узнаешь меня?

Я усиленно вглядывалась в ее полное лицо, обрамленное отросшими корнями волос, пытаясь найти хоть что-то, любую деталь, которая поможет мне узнать незнакомку.

Наконец я виновато пожала плечами: «Извиняй, подруга, но ты, видимо, ошиблась».

– Я Эллен, – пораженно вымолвила девушка, – Эллен Клайд. Мы же дружили в школе…

– Эллен? Эля?!

Я с немым удивлением уставилась на девушку. Да ну нет, не может такого быть.

Сейчас я вспоминаю, как стояла тогда с разинутым ртом посреди тротуара, и мне становится стыдно.

– Что, так изменилась? – Эля посмотрела на меня, высоко подняв брови.

Что я могла ей ответить? Я смотрела на нее во все глаза, ища, выискивая в стоящей передо мной девушке ту Элю – которую я помнила и с которой кидала камешки навстречу бушующим волнам.

Куда, черт подери, подевалась миниатюрная красавица, по которой сходили с ума все ребята со школьного двора?! Потускневшая, замученная домом и детьми, она смотрела на меня и, разумеется, всё понимала.

Черт, да у нее даже взгляд стал мутным и каким-то блеклым, словно выцветшая футболка.

– Ну… нет, – наконец проговорила я, отводя глаза и отчаянно пытаясь придумать какое-нибудь объяснение своей заминке.

 – Просто… Понимаешь, я сегодня без очков, поэтому все люди для меня сейчас как большие груши-переростки.

Эля эту нелепую ложь проглотила. Выпучила свои огромные глаза и покачала белокурой головой. Да и что ей в сущности оставалось делать? Продолжить игру, разумеется.

– А вот ты изменилась, Софи, – вдруг сказала мне девушка, придирчиво меня оглядывая.

– Ну да.