Одержимость. В объятиях Змея

Его сильное тело «играет» своими стальными, налитыми мускулами при малейшем движении.

Татуировки…

Зайцева никогда не понимала людей, которые добровольно клеймят себя разнообразными иероглифами и невнятными картинками, толком не понимая их смысл.

У Андрея же тату были восхитительно красивыми и соответствующими его характеру.

Змея, что «обвивает» его руку от локтя до плеча будто говорит о его опасном и непредсказуемом нраве.

На груди морда чёрного волка. Лиля не сомневалась, что и это изображение что-то значит.

Ведь у него есть подчиненные… Тот же Антон, что бегает за ним хвостиком и, судя по настороженному взгляду, опасается своего начальника.

Лиле до зуда во рту хотелось спросить кто он, чем занимается, как живёт…

Но не осмелилась. Да и не была уверена, что хочет знать.

Андрей выпустил тонкую струйку дыма вверх и, повернув голову к Лиле, поймал взгляд зелёных глазищ, что тщательно его изучали.

– Нравлюсь, значит, я тебе, да, Ангел? – затушил окурок в пепельнице и повернулся к ней всем телом, ожидая ответа.

– Да, – вот так вот просто? «Да»?

Ворохову давно уже казалось, что удивляться он разучился, но Ангелочек разбила эти убеждения в дребезги.

Давно он уже не встречал такую чистую во всех смыслах девчонку. Она не лукавит и не заискивает, не пытается его соблазнить или склонить к чему-то. Просто принимает всё. Безропотно, безоговорочно.

Ангелочек.

Его Ангелочек.

Бандит придвинулся ближе и, поймав её заинтересованный взгляд, заухмылялся.

Она как чистый лист бумаги. Что хочешь, то и пиши на нём.

И он напишет, нет сомнений.

Рывком он сдернул с девушки одеяло, в которое она укуталась, превратившись в кокон, и притянул её к себе одной рукой так легко, словно она пёрышко.

Его губы обрушились на полную грудь Лили, лаская розовый сосок, что тут же откликнулся на умелые ласки Андрея.

Девушка инстинктивно потянулась к нему, немного смущаясь и краснея, но притяжение к этому мужчине становилось всё сильнее, сметая любые преграды на своём пути.

Как будто и не думала она только что, что пора делать ноги из его дома.

Словно и нет между ними какого-то странного напряжения, что подавляет её.

В его объятиях становится легко и тепло, так, как если бы они были парой.

Настоящей парой.

Андрей перевернул её на живот и, навалившись на хрупкое тело всей своей массой, мягко вошёл в пылающее лоно.