На крыльях Солнца

Пульс учащён, дыхание не глубокое, взволнованное.

И наконец, момент, когда Титов прибавляет звук. Пульс у всех, кроме бортмеханика сразу подскочил до бешеного ритма. Кровь захлестывает адреналин. Мозг получает такую нагрузку от эмоциональной встряски, что перестает справляться. Что это? Ненависть? Злоба? Да! Всех накрыл неконтролируемый гнев, который через зонды передал на сотни километров крылатый гигант. Как он это сделал? На земле лишь единицы людей могут передавать эмоции. Они называются эмпатами. Скат очень похоже, обладает теми же качествами.

Но такой мощи, что может достать даже через космическую радиосвязь?

Дрозд проанализировал входящие сообщения через коммуникационный блок. И сразу нашел два пиковых значения. Передача с Юпитера велась в диапазоне инфразвука.

Ясно! Как они еще жили, получив такую волну ненависти и злобы!?

«Почему в нее не попал я» – подумал Дрозд и тут же понял, коснувшись шлема с микровизором. Эта нехитрая защита уберегла его.

Гнев!

Люди придумывают магнитные экраны от радиации.

Закрываются щитами от гамма и бета излучений, прячут свои тела в капсулах от космического излучения, волн неравномерной гравитации. А от обычного гнева, разнузданного и беспощадного у них щита нет.

– Надо срочно составить сообщение на Ганимед – вслух сказал себе Дрозд и вернулся в коммуникационный узел. Он уселся за пульт Ярославы, спешно продиктовал предварительные выводы о случившемся и отправил информацию с пометкой «Всем!» До тех пор пока Юпитер закрывает своим телом «Днепр» сообщение не уйдет, но едва станция выйдет из радиотени – его получат и русские на Ганимеде и китайцы на Ио.

«Так. Хорошо. Ты молодец. Осталось привести станцию к Ганимеду».

Дрозд посмотрел на монитор передающий картинку с планеты. Он долго вглядывался в разноцветный туман, который снимала камера зонда Беляева. Гиганта не было видно. Но Леонид и не особо хотел увидеть его. Наоборот, у него в голове родилась мысль обрубить все связи с Юпитером. Для этого нужно было отключить зонды от управления.

Связь с зондами поддерживалась через два канала. Один – от кресла операторов. Второй от главного коммуникационного узла и панели управления, на которых обычно работала Ярослава.

Леонид, неловко зависнув над пультом, укрепился в специальных зажимах.

Дрозд не стал надевать обод управления, опасаясь, что гигант может передавать свои чувства и по этому каналу. Поэтому все команды приходилось набирать вручную.