На крыльях Солнца

Когда последний зонд, потеряв контроль, прекратил трансляцию бортинженер осторожно стянул с головы шлем с микровизором. Прислушался.

Нет. Порядок. Проводка только где-то искрит, из-за надетого шлема этот слабый звук был, почти не различим. Надо бы проверить.

«Болван! – похолодев от страха, обозвал себя Дрозд – Что за беспечность? На борту стреляли! Три. Нет четыре раза! На станции полным-полно силовых кабелей, обшивка очень тонкая. Аппаратура, которая может просто взорваться от быстрой реакции. Ноги в руки и вперед.

Выкарабкавшись с места Ярославы, бортинженер проследил приблизительно направление выстрелов. Он нашел только два оплавившихся пятна на панели около экрана, на котором не так давно он и Титов удивленно рассматривали невероятное существо. Здесь-то и искрила проводка. Проследив цепь, Дрозд выругался. Тут шел силовой кабель к разгонному блоку. От выстрела провода сплавились в мешанину, каким-то чудом не дав короткое замыкание. Если бы он не проверил последствий, при разгоне и пиковом напряжении «Днепр» просто превратился бы в беззвучную вспышку.

Питание в отсеке пришлось отключить.

Вооружившись лазерным паяльником, Леонид битый час осторожно распределял оплавившиеся провода. Проверял контакты и диагностировал схемы.

«Если бы не скучная работа – с иронией подумал он, распаивая очередной контакт – не было бы веселой жизни»

Наконец все было готово.

Взглянув на часы Леонид, отметил для себя: наступило время ужина. До точки старта и разгона станции было еще десять часов.

Перекусив из тубы какой-то витаминный фреш, Дрозд с неудовольствием увидел, что у него дрожат пальцы. Усталость. Организму требовался отдых. «Тело должно работать как часы – нужно поспать», – подумал бортинженер. Он перебрался в жилой отсек и устало вытянулся в капсуле отдыха.

«Так. Зонды отключил, – беспокойно вспоминал Дрозд, – будильник заведен. Проводка исправна…»

Мысли одолевали, и Леонид думал, что не сможет уснуть. Но в какой-то миг вдруг провалился в черный глубокий сон.

Он очнулся от липкого ощущения страха. Темно-красные глаза с ненавистью смотрели на него из темноты ускользающего сна. Глаза под двумя надбровными дугами, за которыми угадывался двуххордовый хребет и покатая шкура

Заверещал будильник. Бортинженер вздрогнул, но тут же одернул себя.

«Пора» – окончательно просыпаясь, решительно сказал себе Дрозд. Он гнал от себя видения и страхи, осмысливая следующую задачу.

«Так.