Мёртвая жизнь

– Вы собираетесь… – начал было Лившиц, но, бросив взгляд на Гертруду, замолчал.

– Мне кажется, сомнений в искусственном происхождении этой штуки, – сказал Захар, кивком указав на голоэкран, на котором все отчетливей проявлялось изображение висящего в пространстве объекта, – особенных нет. Даже если допустить, что неразумная природа могла создать подобную конструкцию, как это попало сюда?

– Но в любом случае нам необходимо тщательно изучить сам объект. Его структуру, его устройство. Пока мы даже не знаем, с какой стороны к нему подступиться.

Планетолог отвлеклась от своего занятия и обратилась к Грацу, смотря на него снизу вверх:

– Так что вы предлагаете? Может быть, расскажете наконец?

– Да, конечно. Как капитан, – в голосе Станислава появились стальные нотки: он решил напомнить, кто теперь главный, – я обязан был выслушать мнение каждого, прежде чем принять окончательное решение.

После этих слов внеземелец странно подпрыгнул, словно собрался куда-то бежать, схватился за запястье левой руки, а потом, окинув всех находящихся в рубке быстрым вороватым взглядом, снова опустился в кресло.

Только поза его осталась напряженной, а глаза смотрели словно бы внутрь головы.

– Грац, бросьте, – сморщила недовольную мину Герти, – мы не в том положении, чтобы соблюдать формальности. В конце концов, вы что, не видите, что никому, кроме Люциана, дела нет до ваших планов по установлению контактов с пришельцами? Нет у нас никакого мнения. У меня, во всяком случае, нет. Решите залезть этой штуке в потроха – я согласна.

Все равно здесь больше заняться нечем.

– Мы остаемся свободными людьми, несмотря на сложившуюся ситуацию, – вдруг подключился к разговору Клюгштайн. – Или вы согласны выполнить любой приказ?

– Перестаньте, Фриц, – одернул его Грац.

– Я согласна выполнить то, что мне интересно, – ответила ему планетолог, – а та штука за бортом меня очень занимает.

На несколько секунд в рубке воцарилась тишина. Слышно было лишь пыхтение доктора. Станислав усиленно делал вид, что он спокоен, но ему с трудом удавалось сдерживаться.

Еще не прошло и суток, как они потерялись, ужас небытия едва успел лизнуть их души своим холодным языком. А что будет через неделю, месяц? Или люди ко всему привыкают? Возможно, ожидание смерти может тоже надоесть и сделаться однообразным.

– Орешкин и Хартс совершат облет объекта на малом корабле. Возьмите «Таурус», – новому капитану надоели разброд и шатания в команде. Он больше не спрашивал ничьего мнения.