Мёртвая жизнь

Та нестабильность мимики, что можно было наблюдать, явилась проявлением глубокого замешательства, в которое впал биолог.

– Но, Станислав, Люциан, в сущности, прав. Мы не можем вот так нападать на них, – пробормотал он.

– На кого? – взревел Грац. – Вы уже точно знаете, что в чреве этого космического пупыря обязательно обитают зеленые человечки? Или чего вы еще от него ждете?

– Так, собственно, мы ведь даже не знаем, что оно собой представляет, – неуверенно проговорил Клюгштайн.

– Мы начинаем обследование объекта! – провозгласил Грац, будто выступал с трибуны перед собравшимися поклонниками теорий внеземной жизни.

 – Это приказ, и за его невыполнение виновные будут наказаны! А если кому-нибудь что-то не нравится, то смею напомнить – все согласились, что теперь я капитан.

Гертруда направилась к выходу из рубки. На пороге она остановилась и, обернувшись, сказала:

– Не забывайте, Станислав, что полномочия мы можем с вас и снять. Большинством голосов.

4. Вылазка

Грац распорядился надеть скафандры, а запрет на радиотрансляции не снимал.

Мерное гудение климатической системы и шорох дыхания – единственные звуки внутри скафандра – казались оглушающим грохотом.

«Таурус», подчиняясь плавным движениям руки Захара, лежащей на джойстике ручного управления, медленно скользил по пологой дуге, огибая объект сверху. Прожектор отбрасывал на монолитную поверхность космического скитальца слабый блик света. Разглядеть что-нибудь в полумраке – тем более что до объекта около километра – было невозможно.

Герти ударила перчаткой по рукаву скафандра Захара. Кибертехник наклонился к ней, их шлемы соприкоснулись.

– Начинаем сканирование, – послышался приглушенный голос Герти.

Захар выставил вверх большой палец, бросил джойстик и запустил программу. Легкий гул и вибрация возвестили о начале самостоятельного маневра малого корабля.

«Таурус» выписывал размашистые круги вокруг парящей в пространстве глыбы, шаря острием лазерного луча по ее поверхности.

Датчики фиксировали каждый измеренный миллиметр, чтобы потом передать полученные данные «Зодиаку». После их обработки будет готова трехмерная модель объекта. Со всеми выступами и впадинами.

Собственно говоря, их интересовал вход. Люк, дыра, дверь – все, что угодно, что могло бы пропустить людей внутрь.

Захар полагал, что, если бы внутри этой штуки сидели живые инопланетяне, они бы уже давно дали о себе знать.