Братство Чёрной Птицы

Жаль, очень изысканный и галантный был мужчина, не смотря на свою отвратительную привычку менять жён, как перчатки. Какой вы ребёнок по счёту?

– Пятый, и единственный сын в семье.

– Пятый, боже мой! – графиня с лёгкой улыбкой взглянула на своих сыновей:

– Благо, мой покойный муж успел сделать лишь моих прекрасных мальчиков, а иначе бы это было просто растрата наследства.

Один из верзил глупо улыбнулся, обнажив ряды кривоватых, но белоснежных зубов.

– Я так полагаю, теперь вы заведуете всеми делами и капиталами? А как же остальная семья?

– В каком смысле, миледи? В завещании чётко говорится, что я получаю большую часть активов моего отца.

– Да ну? – графиня опять улыбнулась. Не той улыбкой, когда смотрела на своих сыновей, а иной, холодной и расчётливой. Сэм заметила, как по виску Дрозда медленно стекала капелька пота, что было очень дурным знаком:

– Мне сообщили, что не все в семье были согласны с завещанием. Ваши сёстры, в частности Мэлоди и Антуана, утверждали, что оно было изменено и каким-то образом вплело в их семью сына, о котором до сих пор никто слыхом не слыхивал.

А спустя несколько часов их нашли с перерезанными глотками.

Сэм как будто током ударило. Неужели Братство их убило только из-за того, чтобы проникнуть сюда?! Дрозд тем временем лихорадочно метался в раздумьях, что же делать. И каждая мысль проносилась в голове у девушки:

– Убить… нет, не нужное внимание… впрыснуть яд, чтобы вырубить, и претвориться, что им стало и позвать на помощь… да, подойдёт, если только…

– Мы слышали об этой новости почти перед самым отъездом, – быстро выпалила Сэм, чем вызвала удивлённые взгляды с обеих сторон:

– Простите моего мужа, он жил с матерью и мало общался с отцом.

Но весть о его смерти всё ещё не даёт ему покоя.

– А вы…

– Мари Альвиль. Жена барона.

– Какая прелесть. Но мы, всё же, не закончили с таинственной гибелью ваших сестёр…

Освещение резко погасло, и это их спасло.

На противоположном конце зала загорелся маленький пятачок света. В него вошёл высокий, кудрявый блондин и, держа у губ микрофон, объявил:

– Я рад приветствовать вас в своём доме! Сегодня для меня очень важный день, и это ещё больше…

Сэм не смогла дослушать, так как Дрозд схватил её под руку, и поволок через толпу, прочь от графини, которая что-то шептала на ухо одному из своих сыновей.