Баронесса и мертвец

Где бы и когда бы ни садились участники следственной группы за стол после удачного раскрытия какого-нибудь убийства, Птахов не спеша доставал из потайного кармана пиджака перочинный нож, большим пальцем проверял его остроту и степенными движениями нарезал тонкими ломтиками хлеб. Затем двумя руками брал один из ломтиков, долго и любовно рассматривал его со всех сторон, словно опытный столяр оценивающе изучает какую-нибудь деревянную заготовку. Далее хлеб намазывался маслом (часто, в связи с дефицитом последнего, в ход шел маргарин «Рама»), сверху накладывалась кабачковая икра или кильки в томатном соусе.

Все это с достоинством хрустящего багета, намазанного черной икрой, отправлялось в рот. И так повторялось множество раз, пока на столе не оставалось ни куска хлеба. К слову сказать, жевать он умел весьма красиво (оказывается, такое тоже возможно!), побуждая у застольников неуемный позыв к чревоугодию. А как он сладко пил водку, смакуя маленькими глотками и наслаждаясь ее горьким послевкусием! Это впечатляющее действо непьющему человеку лучше не лицезреть, дабы ненароком не пристраститься к пагубной привычке.

Вскоре зашел дежурный милиционер и сообщил, что следственно-оперативная группа собрана и дожидается в машине.

– Проводник явился? – спросил его Алексей. – Без него мы вряд ли найдем место.

Словно угадав его мысли, в кабинет зашла Шевцова, а следом за ней мужчина среднего возраста, одетый в крытую куртку, ватные стеганые штаны и серые валенки.

– Вот он наш проводник, – доложила оперативница, кивком головы указав на мужчину.

 – Зовут его Дмитрий.

Поздоровавшись с мужчиной, Алексей представил ему Птахова:

– Следователь прокуратуры Григорий Алексеевич.

Познакомившись с проводником, Птахов задал ему вопрос:

– Дорогу потерпевший хорошо обрисовал? Не заблудимся в темноте?

– Да нет, – неуверенно ответил мужчина, почесывая затылок. – Не должны заблудиться.

– А что так нерешительно-то? – усмехнулся следователь. – Заблудимся?

– Не должны, – повторил мужчина и более уверенно добавил: – Найдем, я место хорошо запомнил, с Саней не раз там проезжали.

– С каким Саней? – спросил его следователь.

– С Кудряшовым, с пострадавшим.

– А-аа, с Кудряшовым, – удовлетворенно протянул следователь. – Тогда поехали.

Когда все вышли из кабинета, Алексей переобулся в меховые унты, поверх джемпера натянул на себя тяжелый шерстяной свитер, из ящика стола достал варежки из овчины.