Проклятие Огненной Лошади

В один из вечеров отец семейства Ерофеевых, нетрезво ступая, зашел в полумрак подъезда и лицом к лицу столкнулся с Анисией.

– Уйди, нечистая! – от неожиданности вскрикнул мужчина, широко размахнув рукой. – Почто человека пугаешь?!

– А что, мне уже нельзя ходить по подъезду? – прошипела старуха. – А ты, Лексей, все пьешь?

– Тебя не спрашивал! – резко ответил Ерофеев, напирая на старуху, которая преградила дорогу. – Дома воспитывают, на работе воспитывают, не хватало мне еще одного наставника!

– Постой, Лексей, об этом хочу с тобой поговорить, о семье твоей…

– А зачем сдалась тебе моя семья? – угрожающе высказался мужчина.

– Почему обязательно гадость-то, – обиженно хмыкнула старуха. – Вижу, что мучаешься, парень, и потому хочу кое-что подсказать. О ребенке вашем…

– При чем тут ребенок?! – процедил сквозь зубы Ерофеев, схватив ее за ворот халата. – Выкладывай, что ты хотела этим сказать!

– А то, что дочь не твоя, ты знаешь? Или догадываешься? – вопрошая, ухмыльнулась старуха, вонзив свои ногти в руки Ерофеева.

– Давай рассказывай быстрее, что тебе известно! – нетерпеливо вскрикнул мужчина, отпуская соседку из цепких рук.

– В коридоре будем разговаривать, что ли? – проворчала старая перечница, жестом приглашая в квартиру. – Пойдем ко мне, я там тебе все и изложу.

Когда они зашли в квартиру Анисии, обставленную всякой рухлядью, та достала из видавшего виды шкафа бутылек с мутной жидкостью, оттуда же из глубины извлекла мельхиоровую рюмку и, плеснув в нее неизвестное снадобье, протянула гостю:

– На, выпей, полегчает.

Ерофеев недоверчиво повертел рюмку в руках, принюхался к содержимому и поинтересовался:

– Не отравлюсь? Отдает вроде бы спиртом и чем-то еще…

– Пей, пей, не бойся, анисовая настойка, – махнула рукой старуха. – Ободрит.

Гость, выпив залпом рюмку и еле отдышавшись, удовлетворенно крякнул:

– Крепка настойка! Так о чем ты, бабка, хотела мне рассказать?

– А все о том, о семье твоей, о женушке…

– О жене?! – взревел мужчина.

– А то, что она нагуляла ребенка от другого, а тебя держит за дурака.

– От кого?! – громко вскрикнул Ерофеев, схватив хозяйку за шиворот.

– От соседа, – торжествующе объявила старуха, убирая прочь руку собеседника. – От Савелия этого, дурака рыжего.