Маркитант Его Величества

Мухи начали просыпаться – пришла весна… Одна из них, зеленая, толстая («Вишь как откормилась на дармовых лавочных харчах!» – лениво подумал Алексашка), пригревшись в лучах блеклого северного солнца, благо на небе не было ни тучки, билась о стекло, пытаясь вырваться наружу. Ну, дура… Там еще снега полно, только-только образовались первые проталины. «Добью… чтоб не мучилась», – решил Алексашка, дабы заняться хоть чем-то. Он взял тряпку, которой протирали прилавок, и вознамерился исполнить жестокий приговор.

Однако муха словно подслушала изуверский замысел юноши, и едва он приблизился к оконцу, как она тут же улетела и начала кружить по лавке, издавая противное жужжание.

«Вот сволочь! – разъярился Алексашка. – Ужо погоди…» Он схватил неполный свиток плотной ткани и начал с азартом гоняться за мухой с намерением прихлопнуть ее в два счета.

Но не тут-то было. Подлая муха творила чудеса. Она то моталась по лавке, как ошалелая, то вдруг останавливала свой полет и таилась незнамо где. Алексашка, злой как черт, терпеливо осматривал все укромные уголки помещения, пока, наконец, не находил притаившуюся муху.

В предвкушении близкой расправы с подлой нарушительницей покоя он осторожно поднимал свиток для лучшего замаха, а затем… затем бил, но уже по пустому месту. В последний момент муха каким-то чудом ускользала от расправы и, победно жужжа, снова начинала нарезать круги по лавке.

Ее наглые издевки сводили юношу с ума – уж неизвестно, по какой причине; наверное, он чересчур устал от унылого и долгого бдения за прилавком, что для непоседливого Алексашки было горше наказания вожжами по мягкому месту.

Он бегал по лавке, как конь, роняя и разбрасывая товары, которые стоили немалых денег.

Отец Алексашки, купец-помор Демьян Ильин, вел торговые дела с Бергеном и Тронхеймом, которые имели монополию на внешнюю торговлю. Торговлишка эта была не совсем законной – норвежские купцы, которые вели тайные торговые операции с русскими, могли быть подвергнуты серьезному наказанию. Но уж больно хорошую выгоду имели и поморы и норги от этих весьма доверительных отношений, поэтому приходилось мириться с некоторыми издержками и опасностями.

Особенно нежелательной для русских была встреча с военными кораблями Норвегии, которые топили купеческие карбасы поморов без долгих проволочек. Правда, обобрать купцов до нитки они успевали. Кроме того, отец Алексашки торговал с голландцами и англичанами (вернее, пытался торговать), но прибыток от этой торговли был совсем мизерный.