Скрижаль Тота. Хорт – сын викинга (сборник)

Ее называли по-разному: «око Ра», «госпожа небес», «царица земли и властительница загробного мира», «госпожа богов и богинь». Маат была женой бога Птаха.

Маат считалась богиней истины, справедливости, закона и миропорядка. Жители Та-Кемет верили, что она руководит звездами, временами года, восходами и закатами солнца. Конечно же, это было не так. Но познания Маат в космогонии были огромными. Специально для нее была выстроена высокая башня на холме, откуда она могла по ночам наблюдать за небесными светилами…

На ежедневных богослужениях – тем более утренних – в храмах народ не присутствовал.

Их участниками были лишь жрецы.

Когда появился Тот-Джехути, жрецы окружили наос – небольшой каменный ящик с деревянными дверцами, в котором хранилось изображение Гора, наиболее почитаемого правителя Та-Кемет. Главный жрец Храма Истины приблизился к наосу, снял с него печать, и взорам Тота и Посвященных при мерцающем свете свечей явилась статуэтка Гора-Сокола, вырезанная из черного магического камня[18 - Подразумевается обсидиан, магматическая горная порода, разновидность вулканического стекла.

Сыграл большую роль в истории человечества. Из него делали орудия труда, оружие и украшения. С древних времен широко использовался в глиптике и декоративной скульптуре.], который в огне и грохоте появляется на поверхности Земли по воле Осириса, владыки подземного мира.

Слова древних молитв не были длинными, и жрецы деловито занялись утренним туалетом бога. Ему поменяли одеяние из самых лучших, тонких тканей, умастили маслами и благовониями, простираясь перед ним ниц, символически кормили принесенными жертвенными дарами, давали ему пить и, наконец, поднесли статуэтку богини Маат, олицетворявшую установленный богами на Земле и во Вселенной правопорядок.

Подношение Маат означало, что жрецы, совершавшие богослужение от имени и по поручению Тота-Джехути, поддерживают существующие в мире божественные установления. Затем наос снова опечатали. Пищу бога унесли. Она понадобится жрецам позже, после урока, который должен дать Посвященным их божественный Учитель.

Что ни говори, а истины и откровения из уст Тота требовали больших затрат энергии для их запоминания, и жертвенная пища в данном случае была для жрецов в самый раз.

Усевшись на не очень удобный трон, вырезанный из цельной каменной глыбы и украшенный резьбой, Тот начал негромко, но веско изрекать свои духовные напутствия:

– Я начал проповедовать людям красоту веры и знаний.