Сагарис. Путь к трону

Но Фарна пренебрегла наказом царицы и поселилась в пещере. Как она там выживала, никто не знал. А от этого воительницы еще больше стали опасаться старой колдуньи. Тем не менее тайно ее посещали – чтобы Фарна погадала, предрекла будущее. Ведь нет в мире ничего более привлекательного, чем знать свою судьбу. Особенно для женщин. А воительницы, при всей своей мужественности и неприятии мужчин, все же оставались женщинами.

Сагарис не стала расспрашивать, как достались старой колдунье такие огромные ценности. Не исключено, что они были платой за предсказанье или за что-то другое.

Поговаривали, что даже сама Томирис тайно пользовалась услугами колдуньи, которая могла продлевать молодость. А иначе как объяснить тот факт, что царица, сколько ее помнила Сагарис, совсем не изменилась.

Другие воительницы старели, а Томирис всегда была в одной поре – красивая, зрелая женщина с великолепной фигурой и хорошо развитыми мышцами. Да и сражалась она вместе со всеми, хотя могла и не ходить в набеги. Так она поддерживала свой авторитет и великолепную физическую форму.

– Боишься? – после некоторой паузы спросила Сагарис.

– Угу, – кивнула Пасу и побледнела. – Но пусть только он попробует обидеть меня!

С этими словами Пасу достала из-под одежды небольшой кинжал и воинственно продолжила:

– Зарежу, как паршивого козла!

– У тебя уже есть кто-то на примете? – поинтересовалась Сагарис не без задней мысли.

Пасу потупилась, замялась, но все же ответила:

– Да…

– Кто именно? – настаивала Сагарис.

Подружка тяжело вздохнула – иногда Сагарис становилась словно древесная смола; как прилипнет – не оторвешь. Вот и сейчас она точно не отстанет, пока не узнает имя избранника Пасу. Поэтому девушка сдалась и сказала честно:

– Ама…

Ама! Сын Томирис! Сагарис даже задохнулась от неожиданного гнева, обуявшего все ее естество. Как Пасу посмела положить глаз на Аму?! Он должен принадлежать ей, и только ей! Сагарис и Ама! И никто иной! В этом году Ама, как и Пасу, впервые был допущен жрицами в священную долину богини Язаты.

До этого он не знал женщин.

Сагарис едва справилась с чувствами, которые рвались наружу. Внутри нее родилось мстительное чувство, а рука сама потянулась к топору. Ей хотелось немедля раскроить голову своей подруге, которая стала соперницей. Глубоко вздохнув, Сагарис сделала над собой неимоверное усилие и криво улыбнулась.

– А он об этом знает? – спросила она хриплым от волнения голосом.