Сагарис. Путь к трону

Тавас опасалась трогать только Ваху, потому как знала, что обидеть его – значит, попасть в немилость к Томирис.

Закончив хлопоты с панцирем, Сагарис после некоторого размышления принялась за львиную шкуру. Мысль использовать ее в качестве боевого плаща пришла к ней несколько дней назад. Практически все воительницы носили меховые накидки, прикрывающие доспехи. Ведь в железных панцирях в зимнее время холодно, а летом жарко. К тому же густой мех и звериная шкура служили дополнительным защитным облачением.

Стрелы теряли пробивную силу, впиваясь своими острыми жалами в сыромятную шкуру, упрочненную травяными настоями, предохранявшими ее от гниения.

Первым делом Сагарис пропитала шкуру изнутри барсучьим жиром – для мягкости. Она давно отскоблила мездру костяным ножом, поэтому пропитка удалась на славу. А затем занялась главным – начала мастерить из головы зверя шлем с таким расчетом, чтобы ее лицо выглядывало из львиной пасти.

Чтобы упрочить его, она сшила толстую матерчатую подкладку и теперь усиленно орудовала проколкой, пришивая ее изнутри.

Неожиданно Бора заворчал, а затем вскочил и с угрожающим видом направился ко входу в пещеру. Сагарис насторожилась. К воительницам пес относился снисходительно, хотя и был всегда настороже. Но теперь его оскаленная пасть и хищно заблестевшие глаза предупредили Сагарис, что наружи находится чужак. Кто бы это мог быть?

Схватить лук и наложить стрелу на тетиву было делом нескольких мгновений.

Острое жало наконечника уставилось в сторону входа, и если там находится враг, то ему несдобровать.

Полог медленно отодвинулся, и в образовавшейся щели показалось лицо… Амы! Сагарис едва не выстрелила, да вовремя спохватилась и придержала руку. Ама! Что ему нужно? И как он решился войти в ее жилище без приглашения?!

– Как посмел?!

Сагарис вскочила и схватила свой топор. Непонятная ярость ударила ей в голову, и она готова была немедленно изрубить наглеца на мелкие кусочки.

– Прости, госпожа…

Не обращая внимания на пса, который готов был в любой момент наброситься на незваного гостя, Ама упал на колени и с мольбой протянул к Сагарис свои сильные, мускулистые руки.

– Прости и выслушай…

Пылающий взгляд Амы, казалось, пробил грудную клетку девушки и вонзился в сердце. Она даже тихо охнула от дикого изумления.