Сегодня – позавчера. Испытание вечностью

Потрясение! Воевавшим – вдвойне. Не воевавшим – втройне.

А после этого выйдет фильм о мести горячих корейских партизан подлому американскому генералу. Во всех ролях – корейцы. Маугли тоже кореец. Реальная история приключений Миши и его отряда легла в основу сценария. С купюрами, естественно. Ничего русского в фильме не будет. Всё – корейское. В фильме используется тот же кинематографический приём – тоже достаточно много съёмок от первого лица. Только Михаил не умеет видео брать прямо из головы, как отец.

Миша носил на шлеме видеокамеру. Для отчётности – терпеть не может писать доклады и отчёты. Сдал камеру – пусть сами смотрят!

Сейчас в Новосибирске запускается ещё один заводик, где начнётся производство подобных камер. Называться кинокамера будет «Экстрим». Миниатюрная камера, которую можно закрепить на голове, как фонарь шахтёра. Питание – от батарейки на поясе. Не как у Миши было – всё вместе. Но Мишина камера – артефакт. Таких больше не будет. Вместе с камерой «Экстрим» мир увидит новый способ досуга, новый способ записи и хранения фото- и видеоматериалов, мир увидит новую жизнь.

Другую. Которая уже не будет такой, какой была прежде. Когда ты сам себе режиссёр.

Ведь чудо камеры «Экстрим» не в самой камере, а в её записывающем устройстве, в способе захвата изображения, обработки и записи, каком-то цифровом формате. Маугли так давно не был в Гвардейске, что уже перестал понимать – что они там наворотили?! Единственное, что Миша понял, камера «Экстрим» будет как камера Миши.

С «жёстким диском». Надо, надо в Гвардейск, узнать, что это именно, как устроено. Докопаться до основ. Интересно же!

Грядёт переворот индустрии развлечений. Очередной. Вообще отец этому, «глядскому», как он сам говорит, направлению уделяет внимания даже больше, чем оружию и промышленности. Поэтому у нас есть собственное издательство, своя студия звукозаписи и своя киностудия. И люди Медведя руководят всем этим ёжнутым «творческим стадом».

Когда речь заходит о творческих личностях – писателях, певцах-композиторах, художниках-режиссёрах, отец неизменно переходит на второй командирский.

Почти всегда об этих людях – в третьем лице и женском роде. И если прямую нелитературную речь опустить, то не останется ничего. Только сплошные точки. Из-за неразрешимых творческо-мировоззренческих разногласий. А не интересны «художникам» темы, на которые нанимают их директора Медведя. Им бы только процесс дефекации снимать.