Сегодня – позавчера. Испытание вечностью

– Ты, Витя, чуть меня до инфаркта не довёл, – качает головой Вишнин. – Я тебя только теперь и понял! И то потому, что много лет привык распутывать твои замутки. А вот как остальным объяснить?

– Как-то надо объяснять. А что это ты на меня наехал? Замутки? Мои? Я только фронтмен всех ваших опер. Только отвлекающая красная тряпка всем вашим планам!

– Витя, не расходись! Бася мне опять на твоё давление жалуется! – пихнула мужа Медведица, обратно пряча в карман пластину с надгрызенным яблоком.

Виктор Иванович несколько секунд молча смотрел на неё. Миша хорошо знал этот взгляд «в никуда» – Басе, наверное, мораль читает, чтобы не вламывал хозяина супруге. Потом Медведь тряхнул лысой головой, возвращаясь к разговору:

– Если мы не будем гибкими, то станем предсказуемыми. И тогда проиграем. Если бы мы в конце войны не были гибкими, мы бы до сих пор с хлеба на воду перебивались. Ни о каком атоме и космосе не было бы разговора! Если бы Сталин послушал наших геройских, без базара, генералов, армия бы до сих пор держала под штыком шесть-семь миллионов дармоедов.

А так эти пять миллионов работяг вернулись к работе, восстановили страну, нарожали детей.

– Мы тогда по лезвию бритвы прошли.

– Но прошли же! Напугали их, дали им над чем подумать, дали над чем поработать. Они не стали нападать на нас, пока не наготовили М-60-х. А у нас – «Оплот» созрел, сразу обесценив их говённый М-60. А чтобы быстрее дошло, вы же и устроили утечку через Коминтерн данных стрелковых испытаний орудия «Оплота»? Ага! Так и знал! Коля, ты слишком невинное лицо делаешь! И в отчётах – зачем нарисовали «Рапире» 400 мм бронепробития? Обесцените утечку.

– Если и правда такое пробитие?

– Дезой посчитают – зазря засветили канал. Не примут к руководству. Теперь американцам надо что-то новое делать. Как-то решать, чем-то парировать. Новые танки. Или сделают ставку на самолёты. Если намёк по нашим зениткам не поняли.

Или все вложатся в Даллеса с его программой отравления нашего этноса. А сейчас им ясно одно – опять война с нами откладывается.

– Откладывается? А если они решат – сейчас, пока не поздно?! Пока у нас мало «оплотов» и армия – всего миллион.

– Они так не считают, – покачал пальцем отец. – Они же, в отличие от нас, учли всех наших военных. Мы армией считаем только миллион в сухопутных войсках. А НАТО – всех, кто с оружием.