Сто лет после нас

Человек хмуро смотрел на Иона и, видимо решал, что делать с ним…

К Иону сразу и остро пришло осознание: кто он в глазах этого дикаря? Он – захватчик и смертельный враг! Ион вспомнил всё, что слышал о диких племенах, об их злобе и жестокости, вспомнил он и как сами они убивали врага в своём первом и единственном бою. И надежда в нём умерла… но страха не было. Осталось любопытство: как это будет? Как его убьют?

Внезапно вспомнилось ему, как улыбались перед своей смертью их враги, и он отчётливо понял: вот так и следует ему умереть! Глядя прямо в глаза своему убийце и улыбаясь!

Ион собрал все силы и, преодолевая боль и странную, наваливающуюся на него усталость, раздвинул в последней улыбке разбитые губы…

Это было так трудно… так трудно… что он соскользнул с тонкой грани реальности в тишину бесчувствия и мрак зазеркалья…

ПЛЕН.

Сколько он лежал без сознания, что с ним было – ничего этого память не сохранила. А очнулся он в тёмном помещении, где было тепло, тихо и лежать было мягко и удивительно приятно, чего Ион не мог себе раньше даже и представить.

Спальные места в казармах были оборудованы из соображения экономичности и целесообразности: на лежаках тонкие пластиковые маты, в головах – такие же пластиковые цилиндры, обернутые серо-зелёной тканью, и накрывались курсаки перед сном тонкими накидками, вставленными в чехлы из той же армейской ткани.

По первым ощущениям, здесь всё было иным. И пахло здесь чем-то совершенно ему незнакомым.

Скорее, это была смесь различных запахов, природу которых он установить не смог – не с чем было сравнивать.

Определившись с первыми впечатлениями о своём месте пребывания, Ион решил провести ревизию: что у него осталось и в каком состоянии. Он стал двигать сначала пальцами рук и ног. Болели пальцы рук, и он понял, что кисти рук забинтованы, а стопы ног – нет. Тогда он попробовал сгибать и разгибать руки: правая сгибалась свободно, не болела, а вот левая, вероятно, была повреждена и закреплена, будто в шине – так закрепляют при переломе, вспомнилось из курса «жизнеобеспечения».

Зато его ноги были почти что в порядке, кроме колена левой ноги, которое заболело сразу, как только Ион попытался им двинуть. Он даже охнул…

В тот же момент где-то рядом раздался негромкий звук, и в кромешной тьме появилось светлое пятно – кто-то приоткрыл дверь, а в руке вошедшего был какой-то странный предмет, освещавший пространство колеблющимся светом.