Серенький волчок

По две тысячи двести двадцать две в каждой банке. Можете пересчитать. Давайте меня выписывать. Я закончил. Теперь я здоров, – усталым голосом заявил он.

Макаров улыбнулся.

– Ну что же, поздравляю! Если вы уже здоровы, то вам не составит труда задержаться у нас еще на недельку – другую? Так сказать, для гарантии. Но теперь волноваться не о чем. Да и мне нужно заполнить кое-какие бумаги по вашему случаю. Ведь, согласитесь, то, что произошло с вами, действительно уникально? – психиатр внимательно посмотрел на Витю.

Он применил классический прием: несогласие врача с мнением больного о выписке – сродни красной тряпке в руках матадора, и подавляемая пациентом в беседе скверна тут же выдает себя.

Однако Витя отреагировал адекватно. Немного удивился, но согласился на предложение врача. Все две недели он вел себя как нормальный человек. На мух – никакого внимания.

Реализовавшись полностью, навязчивая идея испарилась.

Лена и Антон сидели в гостиной. На ковре возился Саша. Он пытался сложить яркие пазлы в картинку – задача очень трудная для трехлетнего малыша, но папа и мама помогать не собирались.

Они пили чай и беседовали.

Со стороны могло казаться, что это обычный вечер благополучной семьи, тихая идиллия. Только разговор у супругов шел более чем странный.

– Так ты считаешь: серенький волчок заманил Алешу в лес и напал на него? И все это не сказки?

Антон старался говорить спокойно. Но какое, к дьяволу, спокойствие! Одно дело выдумывать несуществующие ужасы и описывать их в книгах.

И совсем другое – когда ты вдруг становишься персонажем кошмара наяву. А твоя жена здесь – центральный герой. Куда делась граница, прочно разделяющая эти миры? В разуме жены она полностью стерлась.

Лена скрестила руки.

– Я сто раз повторяла это. А ты не веришь мне. Пускай так. Но, скажи, ты знаешь, что такое визуализация?

Антон наморщил лоб, вспоминая, что это означает в контексте эзотерики.

– Это из какого-то новомодного учения? Когда объект мыслей становится реальностью? По щучьему велению, по моему хотению! Подумал о чем-то – и оно появилось, – усмехнулся он.

Жена вздохнула.

– Напрасно иронизируешь. Не все настолько прямолинейно и примитивно. Но ведь давно доказано: яркая мысль может материализоваться. Происходит нечто, о чем постоянно думаешь, чего больше всего хочешь или боишься.

Антон пристально посмотрел на Лену.

Вслух он сказал:

– Бывает. Но это совпадение.

– Это не совпадение, – покачала головой Лена.