Немного туманного солнца в ладонях

Айлан немного приподнялся, наполнил 2 чашки и передав одну своему гостю снова опустился на своё место и начав размешивать чай с небольшой улыбкой посмотрел на своего гостя и слегка кивнув на всякий случай сказал:

– Да, и кстати, можешь спокойно закуривать.

– Да уж спасибо, но я здесь вроде бы не в первый раз.

– Тем более, – улыбнулся ему хозяин. – Да, а кстати, какие сигареты ты сейчас предпочитаешь?

– Спасибо, но вообще-то свои.

– Ну смотри, – а то табачный выбор в этих стенах как всегда весьма разнообразный.

– Да нет, спасибо, – покурю свой «Кемэл».

– Ну что-же, ладно, да и кстати, если хочешь, – то этот лимон самый свежий.

– Да, а это пожалуй лучше немного попозже.

– Как хочешь. Да, ну и как тебе этот туман?

– Превосходно.

– Да, и я тоже так считаю.

– Да, а чай у тебя как всегда самый отменный.

– Спасибо, – традиция.

– Ну и извини пожалуйста, а надолго ли ты на этот раз в наших краях?

– Ты знаешь, но на этот раз я всё же решил воспользоваться своим законным «правом отпуска», которого у меня за эти годы накопились уже многие месяцы, и до конца лета просто немного отдохнуть у себя дома.

– Ну что-же, по моему это просто прекрасно, а то ведь дома ты обычно весьма редкий гость.

– Да, и сейчас я тоже так считаю. Да, и какой сейчас у нас стоит туман… Не часто же такое встретишь.

– Да, пожалуй. А как там, на востоке, – всё те же дожди?

– Да, там всё те же дожди.

– Да, и льёт-то там уже почти 6 год подряд.

– Пока ещё не прекратилось.

– Ну и как твоя последняя поездка?

– Да, а что касается этой моей поездки, да и нашего с тобой разговора… Да, а ты знаешь, но там мне открылось кое что и действительно довольно очень важное, да, и мне вообще-то просто необходимо сегодня с тобой кое о чём очень серьёзно и достаточно подробно переговорить.

И Айлан вытащил из лежавшей на столе пачки длинную и тонкую сигарету, прикурил и очень серьёзно и внимательно посмотрел на Андрея.

– Да, я просто очень хотел поговорить с тобой, и именно с тобой по одному и просто очень важному вопросу. Понимаешь, – то что я тебе сейчас скажу, на самом деле является делом совершенно особенной государственной важности, и после этого разговора об этом пока что будем знать только мы двое. Да, и если всё это благополучно закончится, – то больше и никто.