Частная (честная) жизнь, или Что выросло, то… увы!

Расстроенный, разочарованный… Вы представьте себе, я думал, что хотя бы раз мы все посидим за столом, что называется, предадимся воспоминаниям, растрогаемся, ну – вы понимаете меня…

Актриса Шацкая промакнула платочком повлажневшие глаза и кивнула.

– А на самом деле я так и не увидел ни одного из остальных четверых друзей. Тот, что встретил меня – в ссоре с сестрой и братом, по какой-то причине он сорвал встречу еще с одним – тот теперь живет в Баку. И так далее.

Когда я сел на поезд в Махачкале и пока ехал обратно, я думал – и ради чего же мне пришлось потратить 50 тысяч рублей, залезть из-за этого в долги – чтобы попить коньяку в городе, отстоящем от моего на 5 тысяч километров? Но это можно было делать и у себя в Барнауле!

Поразмыслив, я понял – за 40 лет мы не просто изменились.

Это ведь время, когда сменяются два поколения людей. Два! Так что мы давным-давно уже просто совершенно чужие люди, а никакие не друзья.

Мы помолчали. Аделаида Гертрудовна вновь залила самовар, включила его.

– А как же вы у нас в доме-то оказались? – спросила она. – Да еще и в квартире Женечки Кудрявцевой?

– Да случайно познакомились, – ответил я. – На улице, дорогу я им помог перейти, и вот… – сдержанно продолжал я. – А что у вас за особенный дом?

– А разве Женя вам не сказала? Этот же дом выстроило АО РЭС. Поэтому и квартиры такие – нечетная вертикаль – для богатейших менеджеров РЭС, а четная – обычные квартиры евростандарта, их выставили не продажу, вот и купили, кто мог.

У меня как раз наследство образовалось в Чехии… Я и обзавелась этой квартирой.

– А как же Женя…

– Да вы что! Она же родная сестра Юрия Борисовича Кудрявцева!

И только тут у меня в голове все сложилось, и сходно это было с сильнейшим ударом по голове! Акционерное общество Российские электросети, Кудрявцев, во времена СССР – бывший завлаб, при Горбачеве сделал начальный капитал на торговле в Москве продуктами, возглавлял первое демократическое правительство новой России, активно участвовал в приватизации госсобственности, и в награду получил этот лакомый кусок – АО РЭС, которым фактически единовластно управлял вот уже десяток лет…

Человек, ненавидимый простыми людьми, символ всего плохого, что случилось с беднейшей частью населения после 1990 года… И, между прочим, непростой человечек… Ходили о нем кое-какие слухи…

Шацкая смотрела на меня с жадным любопытством.

Я видел, что ее буквально распирало от желания поделиться со мной тем, что она знала.