Искажения. Сборник рассказов

 – Повелась я на человеческие слабости. А теперь ничего не поделаешь – контракт! Меняю двоих на одного, причем, можно сказать, что я в выигрыше. Может, еще один контракт? – промолвила она, и мы посмотрели друг на друга. – А что? Играть так играть, – и снова сама смерть пытается пошутить. – Или ты думаешь, что я азартна? – произнесла она и поправила костлявой рукой капюшон, покрывающий ее голый череп. – Уж больно ты мне нравишься. Не испугался даже перед лицом смерти. Ха-ха-ха. Видишь, пытаюсь даже пошутить, чтобы хоть как-то поднять тебе и себе настроение, а то как-то все мрачно у нас с тобой.

Ну да! Я ведь смерть! Ха-ха-ха, – вновь повторила она. – А если честно, не каждый взрослый так проходит мои испытания. Обычно люди в панике бегают при виде меня и рвут на себе волосы. А ты вон какой смелый. Стоишь тут, со мной беседуешь, словно мы добрые старые друзья. А мне в моем мире этого так недостает. Нравишься ты мне, и поэтому не будет больше никаких контрактов – так, дружеская услуга.

– Хорошо! – немного поразмыслив, ответил я, посмотрев при этом на своего друга в кавычках из загробного мира.

И в чем заключается эта услуга?

– Всему свое время, друг мой. Всему свое время. А пока иди.

– Куда?

– Хм! – ухмыльнулась сама смерть. Конечно же в свое тело, дурачок! Но не забывай про услугу.

– Так все же хоть намекни, в чем ее суть, – раздираемый любопытством, переспросил я.

– Помилуй меня! Только не сейчас. У меня столько дел. Но если тебе так интересно, узнаешь об этом ровно через двадцать лет, в это же время, плюс-минус.

Видишь! Я снова пошутила! А пока живи и радуйся и не торопи события. Ведь люди могут торопиться только в одно место.

– Это куда же? – спросил я, сделав вопросительную мину.

– Конечно же ко мне в гости!

И с восторгом произнесла свое излюбленное «Ха-ха-ха», правда, из ее уст это все равно звучало как-то зловеще и неестественно, но об этом я ей так и не сказал. Не хотелось расстраивать хоть как-то лучшего друга.

– Да я сегодня прямо в ударе юмора, – вдруг похвалила она саму себя.

– А что будет с тетушками? – поинтересовался я и с грустью в глазах посмотрел в лицо самой смерти.

– Прошу тебя, пожалуйста, только не смотри на меня так. Меня все равно этим не проймешь, или ты забыл, кто пред тобой стоит?

Но я не сдавался и продолжал упорно смотреть на нее жалобным и молящим взглядом, какой только мог состряпать на своей мине ребенок.

– Ну хорошо! – наконец сдалась она.