Авессалом-3. Проклятие Хириушара

 – Слыхали?

В этот момент Кирилл увидел на груди у незнакомца розовую полоску заживающего шрама. Лысый поднялся, отступил в сторону.

– Подойдите-ка ближе, парни.

Первым подошёл высокий бородач.

– И теперь не узнаёшь? – хмыкнул лысый.

Кирилл молчал, уставившись на ключицу бородатого. Там красовалась практически зажившая, но, несомненно, свежая рана. Такая же, как и та, что он сам недавно нанёс одному из монстров на арене. Марк выдернул из стены факел и поднял его повыше, освещая третьего воина, мрачно стоящего, прислонившись к стене.

Кирилл выдохнул, чувствуя, как его челюсть беспомощно отвисла: третий воин был одноглазым.

– Вы эти те самые… быки?

– Ты чё сказал, сука?! – вдруг взревел бородач и ринулся к Кириллу, но лысый удержал его, обхватив рукой за торс. – Ты кого быком назвал?!

– Успокоились все! – рявкнул Марк. – Вы здесь не за этим.

– Конечно-конечно, – лысый отпустил бородача и снова обернулся к Кириллу. – Ты на него не обижайся, малой, просто все эти превращения жутко действуют на нервы, вот он и сам не свой, да, Бартэля?

– Бартэля? – глаза Кирилла едва не вылезли из орбит от изумления? – А ты, – он перевёл взгляд на лысого.

Ну конечно – уши, изломанные как у борца, но когда-то они были просто оттопыренными, – Толик? Рыжий???

– Рыжий! – заржал воин, хлопнув себя по лысине. – Когда это было!

Бородач скривился, не выдержал, хрюкнул от смеха, а потом заржал в голос, поразительным образом не разжимая зубов, выдувая пузырьки слюны между дёсен.

Лысый провёл ладонью по голому черепу, вытирая пот, и оглянулся на третьего воина, стоявшего рядом с Марком, прислонившись к стене плечом. Невысокого роста, смуглый и коренастый, тот веселья не разделял, мрачно буравя Кирилла взглядом единственного глаза, под которым красовался тёмный кровоподтёк – след от удара навершием меча.

Синий. Предводитель банды малолетних хулиганов, терроризировавших малолеток во дворе его дома в Полоцке. Его главный мучитель, спровоцировавший роковую драку за гаражами, едва не стоившую Кириллу жизни.

Ту самую драку, из-за которой всё и началось. Кирилл даже никогда не знал его настоящего имени. Просто Синий. Как кровоподтёк под его единственным глазом. Глазом, сверлящим лежащего на земле парня лютой ненавистью.

– Хватит ржать, – прорычал Синий.

Лысый с бородачом тут же успокоились и насупились.

– Кузнец, мы сделаем наконец то, за чем пришли? – одноглазый сплюнул на пол коричневым.