Ложный король

 – Мне вообще не стоило ввязываться в эту войну. Сейчас я это понимаю. Не надо было винить Вечеру в смерти сына, не надо было её изгонять, злить своей неприязнью, прятаться за её спиной. Вообще не стоило становиться королём, если говорить по правде. Да, я Вечеру никогда не любил – это ни для кого не было секретом. Перед самой битвой я даже корону ей отдал. Я это сделал не потому, что признал её наследницей, нет. Просто избавиться от этой ноши хотел… а теперь девочка гниёт на дне Змеиной ямы. Неупокоенная, одна, во мраке.

Как бы я к Вечере ни относился, она этого не заслужила, и мне стыдно. Представляете, мне стыдно перед ней. А всего несколько месяцев назад я угрожал ей жуткими последствиями, если она посмеет отобрать корону у моей Ясны. А теперь что? Сижу в пещере, ненавидимый и без того не любящей меня женой, без сына, племянницы, дочери…

– Принцесса Ясна жива! – неожиданно даже для себя самого взял на себя смелость перебить Осе Малой и вдруг осёкся, поняв глупость своего положения.

– Нет-нет, говори, – Осе, однако, казалось, совсем не возмутился фамильярностью самого юного кирасира.

– Вы… Вы сами читали письмо Корвена. Её держат в башне. Она под охраной, но жива. Её кормят, не обижают, иногда разрешают гулять в саду. Это ли не главное?

– Объясни это моей королеве, – с грустной улыбкой ответил Осе, и глаза его совсем потухли. – Может быть, тебя она послушает? Наша дочь жива до тех пор, пока я сижу тише воды ниже травы – и я буду сидеть, но, если Теабрану вдруг покажется, что я что-то замыслил, или графы, мои сторонники, что-то затеют, голова моей дочери уже через секунду окажется на пике у ворот Туренсворда.

Как думаешь, каково это – жить в постоянном ожидании смерти? И Ночная Гарпия, это бесполое пугало, ты читал в том послании, постоянно подсовывает ей под дверь рисунки с отрубленными головами и выколотыми глазами. Издевается над моей дочкой! Я писал графам Старого двора и Стрельцовых башен, чтобы они и не думали поднимать бунт против Теабрана, но… для некоторых, как оказалось, клятва верности не является пустым звуком. Если бы вы только знали, как я боюсь за Ясну. Боги, если бы вы только знали… Она всё, что у меня осталось.

– У вас есть ещё королева, – нахмурился Крайст.

– Суаве у меня никогда не было. А теперь в её глазах я вообще чудовище. Она говорит, что я виновен в смерти Вечеры, и она права. Во всём, что случилось, моя вина, потому что я не король и никогда не должен был им становиться.