Потерянная планета

В полной экипировке звездолетчика командир покинул корабль и, осторожно переставляя потерявшие гибкость ноги, ступил на поверхность таинственной планеты. Непривычная тяжесть тянула его к земле, а толстые подошвы сапог тонули в рвущемся из-под земли зелёном месиве.

– Не так уж здесь и комфортно, – поделился первыми впечатлениями разведчик. – Гравитация великовата, и всякая дрянь липнет к подошвам.

– Я же говорил, – проник в шлемофон голос Пола. – Гиблое место до добра не доведёт.

– Рано подводить итоги, – осадил друга Фёдор.

 – Посмотрим, что будет дальше. Отступать нам всё равно некуда.

Марсианин настроил антигравитаторы, двигаться стало легче. Через несколько метров заросли кустарника раздвинулись, и взору Фёдора открылась переливающаяся всеми цветами лужайка.

– Вот это другое дело! – воскликнул Фёдор. – Какая же она прекрасная – колыбель нашей цивилизации Земля!

Еще, будучи пленником космической тюрьмы, Фёдор, как и Вано, воровал со склада планшеты и рассматривал по ночам картинки.

Что-то он помнил из небывальщин, заполнявших досуг бойких на язык завсегдатаев «Ведьминого глаза», многое почерпнул из сказок отца.

– Длинные и цепляющиеся за ноги – это трава, расписные, как блюдца, – цветы.

Такие же, но парящие в воздухе – бабочки, – вспоминал он.

Дополняя какофонию зрительных образов, в шлемофон проник щебет птиц. Одуревший от яркого света, одурманенный впечатлениями, Фёдор решил, что пора возвращаться на корабль. Он хотел утереть пот с лица, но лишь скользнул рукавицей по твёрдому пластику шлема.

Что-то стремительное и большое вылетело из ближайших кустов, порхнуло в воздух и пронеслось у него над головой. На мгновение присутствие чужого и враждебного мира взорвало мозг. От неожиданности Фёдор споткнулся о невидимые в траве корни деревьев, потерял равновесие и рухнул на податливую землю. Прикрывая рукавицей глаза, он поднял голову, но зажмурился от ярких лучей солнца. Разведчик так и не понял, что за огромное существо скрылось за кронами деревьев.

– Приём, ребята! Что-то пронеслось у меня над головой. Что это было? – прокричал он в шлемофон.

– На экранах чисто, – удивился Пол.

– Я тоже ничего не заметил, – подтвердил слова Пола Вано.

– Порыв ветра и зрительный обман, – успокоился Фёдор и, стыдясь проявленной слабости, долго отряхивал с перчаток прилипшие комочки земли.

Чтобы реабилитировать себя в глазах друзей, он решил пойти на рискованный шаг.

– Прием, Пол.