Амир. Его заложница

Лучше же не встречаться взглядом с бандитом, и не пугать себя еще сильнее.

Хотя, куда уже сильнее?

Меня уже не колотит дрожью, но все органы сжались. По позвоночнику то и дело пробегает липкий страх.

Наверное, меня и везут уже ни домой. Не может же человек жить в лесу. Тут ни цивилизации нет, ни нормальной дороги.

Нет, дорога есть, конечно, но машины по ней ездят мало, и это видно.

Хочется спросить у бандита об этом, потому что томиться в неведении – настоящая пытка! Но я не решаюсь. Держу язык за зубами.

Мой рот пока свободен от клейкой ленты, и мне даже думать неприятно о том, что его снова могут заклеить.

Через какое-то время мы оказываемся у высокого забора.

Металлические ворота медленно отъезжают в сторону, и я начинаю испытывать некоторое облегчение. Дом все-таки есть, и, наверное, это отличная новость.

Правда то, что находится он в какой-то глуши без цивилизации – новость плохая. Меня тут даже искать не станут.

Наверное, здесь полно вооруженных людей или еще чего пострашнее.

К моему удивлению, мы оказываемся на территории участка совсем одни. Тут довольно светло, и можно рассмотреть окрестности. Правда, ночные краски не дают этого сделать дальше, чем метра на три от нас.

Освещенная дорожка ведет к дому. Он расположен достаточно далеко от ворот, и нам приходится идти до него пешком.

Фасад состоит из толстых бревен. Никакого «стекла и бетона» или любого другого современного модного вида.

Я уже сейчас пытаюсь разглядеть всякие мелочи. Они могут еще пригодиться.

Тут ведь, главное, за ворота пробраться, а потом по дороге убежать до трассы труда не составит. Наверное.

Идея, конечно, выглядит жутко опасной, но все равно кажется привлекательнее, чем оставаться с бандитом наедине.

А еще тут ужасно холодно.

Я пытаюсь обнять себя руками, чтобы хоть как-то согреть. Собственных ног на тонких шпильках уже почти не чувствую. Как же хочется домой… в свою уютную пижамку и мягкую постель.

Тишина давит на уши.

Холодно. Тихо.

Опасно.

Все эти обстоятельства не дают ни на секунду расслабиться. Я держу себя в руках, но, кажется, как только тревоги отступят, рухну на землю прямо там, где стою. Организм работает на износе всех жизненных сил.

Хозяин лесного поместья ключом открывает массивную дверь. Затем заходит внутрь. Я иду за ним.

У самого входа, на высокую тумбочку, он бросает только что использованную связку ключей, а следом брелок от машины.

Он делает это вовсе не тайно.