Злата и хозяин змеиной горы

Нацепив ткань на локоть, как флаг на штандарт, подергала ручку в виде гадюки – заперто!

– Эй! Девка! Потри мне спинку! – донеслось из бадьи раскатистое эхо, усиленное гулкими сводами. Это было уже чересчур! Пугала не грязная работа, а сами обстоятельства. Скрести мочалкой малознакомого голого мужика? Бр-р-р!

– Я здесь не для черной работы! На то нечисть есть! – попыталась отвертеться. Он, не дай бог, еще и приставать будет, вообразив, что я всем доступная сенная девка.

– А для чего же? – лениво переспросил Горыныч.

Странно, в эту секунду он меня не ненавидел, просто взирал с интересом. Что за дьявольская смена настроений, он что, псих?

– Я почетный сувенир, приносящий удачу, а по совместительству домомучительница. Моя работа…

– Приносить чистоту! Давай, три! Я сто лет не мылся! – недовольно обронил злодей и в воде то тут, то там поднялись змеиные кольца, все в золотых, зеленых и огненных чешуйках. – Меньше сотрясания воздуха, больше дела!

Меня сотрясал вовсе не воздух, меня передергивало от осознания, какой грязный и неумытый злодей мне попался.

– Тереть – это для волшебной лампы! Моя работа – это приносить удачу и управлять персоналом! Если вы, – я выдавила из себя это уважительное обращение, – подождете, я приглашу кикимор, и уж они…

– Отродясь терпением не отличался! – перебил меня злодей, дернулся, моргнул, и в глазах змея загорелся недобрый огонек. – Ты! – прошипел Горыныч. Я сразу узнала этот полный бешенства взгляд и поняла, что попала.

У него что, боевой режим на меня включается? Неужели я для него – как красная тряпка для быка? Неужели нельзя простить и забыть тот глупый несчастный случай? Он ведь понимает, что я это сделала не со зла? Или нет? Думает, я нарочно?

– Приношу удачу! – только и смогла пискнуть я, наблюдая, как злодей очень медленно, по-змеиному поднимается из воды.

– Значит, говоришь, приносишь удачу?! – Бежать некуда, из защиты одна рубашка! Ей-то я в Горыныча и швырнула. Молниеносное движение – и змей одет.

 – Щаз мы посмотрим, какую удачу ты приносишь! – Меня догнали и грубо оторвали от пола.

– Что? Нет!

– Да!

Меня схватили поперек туловища, и все пришло в движение. Все, кроме злодея, он-то как раз замер, словно соляной столб. Казалось, сама змеиная гора сотряслась от ударов. С потолка палаты посыпались камни, а Горыныч нахмурил лоб, припоминая, что это такое может быть. Кажется, злодей был в не меньшем замешательстве, чем я.