Хищный зверь

Прошло несколько секунд, и Мильорини обеспокоенно спросил:

– Сабина, всё в порядке?

Она тихонько рассмеялась, выходя из оцепенения, в котором укрывалась, как в убежище.

– Нет, доктор, не в порядке. Совсем.

– Ну, зачем ты так? Ведь это ненадолго. Вот увидишь, все образуется…

– Зачем надеяться на разрешение проблемы, когда можно ее просто избежать?

Тут с серьезным видом вмешался комиссар полиции:

– Доктор Монделло, неужели вы не понимаете, что мы вам помогаем?

– Но каким образом, простите за нескромность? Разрушая мою карьеру?

– Совсем наоборот, поддерживая вас.

Сейчас вы возбуждены, но со временем сами всё поймете, когда поправитесь. Вы должны нам доверять.

– Вы вольны делать со мной, что хотите, – такова ролевая игра, в которую я вписалась и условия которой приняла, поступая в полицию. Но если вы взываете к моему доверию, то, при всем моем уважении к вам, вы должны его заслужить. Следовательно, должны озвучить истинный мотив. Я хочу его услышать, а не гадать неделями под косыми взглядами тех, кто злословит за моей спиной, пока я ставлю печати в паспорта.

Мильорини вздохнул, а комиссар великодушно принял удар на себя:

– Что именно вы хотите от меня услышать, доктор Монделло?

– Правду. Или какое-нибудь указание, которое поможет мне ее понять. Мы ведь люди взрослые, профессионалы с задубевшими сердцами. И забудьте, что я женщина, если, конечно, хотите чего-то от меня добиться.

Оба чиновника переглянулись, явно собираясь вилять и выкручиваться.

Она не сдавалась:

– А указание, случайно, пришло не из прокуратуры?

По их реакции Сабина сразу поняла, что попала в точку: оба пришли в замешательство. Комиссар полиции снова взял все на себя. Видимо, за годы пребывания на высоком посту он к этому привык.

– Доктор Монделло, я сейчас все объясню, чтобы в дальнейшем между нами не возникло недопонимания…

– Благодарю вас.

– Указание действительно пришло от главного прокурора. Но там нет ни слова ни о какой «болтовне» в ваш адрес.

Кстати, если хотите знать, такая «болтовня» приходила и сюда, к нам на стол. Поверьте, я научился не обращать внимания на сплетни. И именно таково мое свойство – одна из причин, почему это кресло, которое нелегко мне досталось, все еще хранит тепло моей задницы. Я понятно объясняю?

– Великолепно, как всегда. Из чего я делаю вывод, что проблему можно назвать чисто профессиональной.

– Совершенно верно. Позвольте мне быть искренним.