Спасенная в неволю

 – Готова прогуляться? Буду сегодня вашим кавалером, – он лыбится, будто сказал что-то невероятно смешное, а мне становится не по себе. Это вовсе не та компания, в которой можно в удовольствие гулять по саду. – Да не жмись ты! – говорит он, замечая мое замешательство. – Кусаться не буду! По крайней мере пока… – кривая усмешка искажает лицо мужчины, а я сглатываю комок нервного напряжения.

– Что-то я передумала гулять, – отзываюсь, в надежде, что он отстанет.

– Да не ссы в компот! Ноги в туфли и за мной! – командует посетитель.

 – Устрою тебе экскурсию.

Застегиваю босоножки, которые оказываются мне слегка великоваты, но это не страшно. По крайней мере, не так, как прогулка с этим шутником. Выходим за дверь, петляя в лабиринте коридоров. Сколько же здесь комнат?! Людей не видно. Лишь я и мой спутник, уверенно шагающий впереди. Я же трусливо шевелю ногами, озираясь по сторонам каждые три секунды, точно ожидаю подвоха.

По массивной каменной лестнице спускаемся вниз, в просторный холл, а затем и вовсе выходим из дома.

«Крем от загара был бы сейчас, как нельзя кстати», – думаю я, оказавшись под палящими солнцем.

С моей белоснежной кожей обгореть до состояния помидора – раз плюнуть! Я была на море раза три, и один из них почти все семь дней сидела в тенёчке под навесом, обмазанная целым тюбиком крема. Это хорошо ещё, что поблизости не было продуктовых магазинов, иначе мама намазала бы меня сметаной. Отдых что надо, ничего не скажешь!

– Значит так, – начинает разговор мужчина, – ближе, чем на три метра к забору не подходишь, а в сторону ворот даже смотреть не смей! Захочешь искупаться – бассейн в твоём распоряжении.

Ах, да! Чуть не забыл, – тянется в карман и небрежно суёт мне под нос свой мобильный, – босс сказал позволить тебе право на один телефонный звонок.

– Спасибо, – тихо отвечаю, осторожно забирая телефон у хозяина.

Пытаюсь отойти в сторону, но меня грубо одёргивают:

– Куда? Здесь базарь.

Горестно вздыхаю, оставаясь на месте.

Я вовсе не в том положении, чтоб диктовать свои условия. Телефон ведь могут и отобрать. По памяти набираю номер матери. Длинные гудки идут невыносимо долго и кажутся такими громкими, что я перестаю слышать какие-либо другие звуки, с замиранием сердца ожидая ответа.

– Алло, – ни живая ни мертвая мама все же отвечает на звонок.

Звук ее голоса порождает в моей душе вселенскую печаль, лишая последней возможности держать себя в руках.