Следуя за судьбой

– Простите меня, не знаю, что со мной происходит. Но у меня столько вопросов про этот прекрасный мир, а мне никто не хочет ничего рассказывать, так только, самую малость.

– Эмиллия, потерпи немного, всему свое время, просто многое мы не сможем объяснить, но вот прибудем в столицу, там старейшие тебе все расскажут и объяснят правильно, не то, что мы.

Голос Харальда звучал ласково и немного сочувственно, поэтому она немного успокоилась и решила, что это, возможно, будет правильно, у нее и так голова кругом от всех событий, начиная со дня ее свадьбы.

Она кивнула в знак согласия и, обращаясь к Карлу, спросила:

– Ну хотя бы могу я ехать с сестрами, а то с вами со скуки помру, так и не увидев столицу.

Они оба засмеялись, и Харольд, опередив Карла, сказал:

– Можно ты сперва расскажешь нам про существ, в мыслях которых ты собралась копаться?

Рассказав им про свое приключение во всех подробностях, Милли отправилась к сестрам, но те поругались между собой и теперь ехали молча, лишь время от времени перебрасываясь колкостями.

Решив не мешать выяснению их отношений, она направилась к няне, которая ехала на телеге с провизией в окружении воинов Харольда и весело с ними общалась, заливаясь звонким смехом, как будто ей восемнадцать. Заметив Милли, воины почтительно кивнули и немного отстали, внимательно наблюдая за ней. Милли даже немного стало не по себе: неужели она им настолько неприятна, что они даже не хотят с ней ехать рядом? Странно, раньше ведь такого не было. Она на ходу перелезла на повозку и уселась рядом с няней.

– Я тебе не помешаю? А то только я присоединилась к вам, как твои кавалеры смылись, неужели я такая страшная?

– Ну что ты, милая, нет, конечно! Я про то, что ты в целом даже немного хорошенькая, не такая, как я, но тоже ничего! – засмеялась няня и, шутя, приподняла свою налившуюся грудь, как бы поправляя ее в декольте. До Милли только что дошло, что няня выглядит не намного старше ее самой, лет на восемь, не больше.

Она даже рот открыла от удивления, та же засмеялась еще звонче, чем раньше и, несильно ущипнув подопечную за бедро, прошептала:

– Не падай в обморок, тебе не идет. Если честно, я сама еще не привыкла к новой себе, ничего не болит, порхаю, как бабочка, даже желание любить появилось, вот присматриваю себе кого получше, – она кивнула головой в сторону воинов и покраснела, как юная дева.