Собственность тирана

А потом она просто развернулась, показав тем самым, что разговор окончен. И мне не осталось ничего, как, сцепив зубы, отправиться на самый последний этаж, где видом из панорамных окон наслаждаются сильные мира сего.

Как же мне не хотелось туда подниматься… Всегда ведь есть вероятность, что в апартаментах могут остановиться знакомые отца. Или, что еще во много раз ужаснее, – мои. Я ведь от стыда сгорела бы!

А в итоге мой позор оказался не самым страшным делом. Теперь я это понимаю. Как никогда отчетливо понимаю.

Лучше уж опозориться, чем оказаться нагло облапанной и запуганной до смерти.

Руки сами тянутся к телефону. Нечего больше делать, как попросить помощи у папы.

Глава 3

Дана

Гудки. Три коротких, а затем вызов сбрасывается.

Но я упрямая – набираю снова.

Делала это уже тысячу раз раньше. Даже больше.

Плакала и набирала номер отца, но он, похоже добавил меня в черный список.

И сейчас я почему-то не теряю надежды. Наверное потому, что надежда – единственное, что осталось мне теперь.

В этом городе я совсем одна. Нет ни помощников, ни знакомых. Если папа сейчас не ответит, я потеряю возможность вернуть бандитам деньги, которые не брала.

Очередная попытка оказывается безрезультатной. Рычу от безысходности и отбрасываю телефон в сторону.

Он не ответит, кого я обманываю?

Внутренности дрожат. Я все еще сижу в том самом номере, куда забежала сразу после.

Только не плакать! Уговариваю себя этого не делать, потому что слезы – демонстрация слабости, и больше ничего.

Но ведь я слабая и уязвимая сейчас.

Не хочется об этом думать. Надо срочно решать, где брать деньги. Иначе придется отрабатывать их по-другому. Так он сказал. Только грубо.

Стать его собственностью… какого это будет? Что бандит имел в виду?

Перед глазами встает этот ужасающий бугор на его штанах. И я бы не хотела оказаться насаженной на такой.

Хотя, его обладатель очень красив. Ровно настолько же, как и пугающ. И аура, заставляющая цепенеть.

Загорелая ровная кожа, покрытая татуировками.

Я почему-то успела рассмотреть ее. Вглядеться, как сильно эти черные, точно ночь, рисунки шли ему.

И я не видела еще мужчину более идеально сложенного. Точно из камня кто-то аккуратно выточил каждую мышцу, высокие скулы и мужественную челюсть. Все это приправил темными волосами, густыми бровями и глазами, цвета самой глубокой бездны.

Но при этом еще никогда и никто так не пугал меня. Не заставлял сжиматься и терять контроль над мыслями.