По разные стороны вечности

Я не пойду!»

Но ноги сами несли ее к двери. Незнакомый женский голос звал, манил – невозможно сопротивляться, придется увидеться лицом к лицу с той, что плакала над своей бедой.

«Давно уже отплакала свое», – сказал тихий голос в ее голове.

– Лена? – шепнула Магда, выйдя из кухни и остановившись в коридоре. Хотела двинуться дальше, но не могла заставить себя переступить порога гостиной. В желудке словно лежал холодный тяжелый камень, ладони сделались влажными.

«Надо бежать! Во двор, на улицу.

Скоро Макс придет, дождаться его!»

Вместо этого Магда толкнула приоткрытую дверь и вошла.

Вся комната была как на ладони – они с мужем любили простор и не стремились заставить мебелью каждый свободный клочок пространства. Поэтому женщину, что сидела на диване в левом дальнем углу, боком к ней, Магда увидела сразу же.

Она по-прежнему напевала известную мелодию, только теперь обходилась без слов. Вопреки ожиданиям, это оказалась не Лена. Неведомая гостья была моложе – не больше тридцати.

Незнакомка сидела, вытянувшись в струнку, сложив руки на коленях, как примерная ученица. Тонкий профиль казался смутно знакомым, но вспомнить, откуда она знает девушку, Магда не могла. Желтый топ с тонкими бретельками, короткая пышная синяя юбка. Густые каштановые волосы, изящная фигура, длинные стройные ноги, обутые в босоножки.

Красивая девушка.

«Красивая мертвая девушка».

Мысль ударила под дых, хотя Магда и без того понимала, кто перед ней.

«Кто ты? Зачем пришла сюда?»

Будто подслушав ее мысли, незнакомка неспешно повернулась к Магде.

Эти карие глаза и брови вразлет; эта челка и побелевший, но заметный шрам на подбородке…

Магда ахнула и отступила назад. Перед ней была та самая девушка, которую она однажды увидела в зеркале. Именно это лицо на короткое мгновение отразилось там вместо ее собственного!

Пару секунд они смотрели друг на друга, а потом девушка вскочила с дивана и, развернувшись всем корпусом в сторону Магды, закричала:

– Я не хочу умирать! Не хочу!

Кулаки ее сжались, лицо перекосилось от ярости.

– Не мертвая! Не хочу! Не мертвая! Ненавижу!

Голос ее срывался на визг, грохотал отбойным молотком, бил по нервам, разрывая их в клочья. Магда прижала ладони к ушам, чтобы хоть немного приглушить крики, смутно понимая, что все бесполезно: дикие вопли звучали только в ее голове.

Вдруг что-то вроде взрывной волны толкнуло ее в грудь, отбросило назад.