Авролион: Свиток апокалипсиса

Он выступил против Метатрона, и ты ещё хочешь, чтобы я ему помогала? Тенебриэль, одна эта просьба – уже измена.

Зенно не собирал последователей. Он вышел против Метатрона один.

То есть он не только изменник, но ещё и дурак?

Ты думаешь? А Метатрон признал его достойным противником и сам казнил.

Дай угадаю. Парень не оценил оказанной ему чести.

Не оценил.

Саламара тяжело вздохнула и взяла в зубы сигарету.

Я ему не нянька. К тому же у меня хватает своих дел.

Каких, например?

Мне на хвост сел Клор.

И ему там, судя по всему, очень удобно, потому что слезать он не собирается. Предлагаешь мне привести его прямо к пацану? Кстати, где он?

Я отправил его на остров Воар к семейству Мак’Тавиш. Они в состоянии оказать ему первую помощь.

Представляю, как они обрадовались. Я не скажу им, что это ты устроил.

Значит, ты согласна?

Я этого не говорила.

Что Клору нужно от тебя?

Понятия не имею. В последний раз, когда мы встречались, я вышибла ему мозги.

 – Она прикрыла один глаз и наставила два пальца на дорогу. – Бах!

Так что ты решила?

Связь прерывается, тебя плохо слышно.

Саламара, не смей!

Бип-бип-бип.

– Абонент вне зоны действия сети, – сказала она вслух и выкинула потухший окурок сигареты в открытую форточку.

***

Зенно открыл глаза и обнаружил, что находится в каком-то странном тёмном помещении со множеством запахов, которые он не мог определить. Ещё одна проблема этого мира – запахи! В Авролионе запахов не было.

По крайней мере, он их не ощущал. А здесь…

Зенно не сразу вспомнил, что с ним произошло накануне.

Он приподнялся и поморщился от боли. Престол лежал на диване, укутанный в тёплое покрывало. Почему он вдруг выпал из реальности? Дома с ним такого никогда не случалось. И что это за бредовые образы у него в голове? Они были похожи на воспоминания, но Зенно мог с уверенностью заявить, что такого с ним точно не случалось. Неужели именно так выглядят сны?

Я что, спал?

– Привет! Уже проснулся?

Снова она! Как её, Эстер, кажется?

Зенно попытался встать, но спину пронзила острая боль и он тут же рухнул обратно на подушку.

Он не знал, что такое чувствовать себя хорошо, но определённо мог сказать, что это должно отличаться от того, как он чувствует себя сейчас. А совсем недавно он вообще не представлял, что способен себя хоть как-то чувствовать.

Глядя на него, Эстер нахмурилась.