Чао, бамбино!

При его габаритах и весьма пугающей внешности это выглядело забавно.

– Спрашивай, – разрешил Андрей. – Нападать на тебя не собираюсь.

– Да я и не боюсь! Я вот тебе честно скажу: работаю здесь уже четыре года, но впервые говорю с пациентом! Представляешь?!

– Вполне. Ты спросишь или нет?

– Спрошу. Почему у тебя рожа такая страшная?

Андрей не обиделся. Ни на «рожу», ни на «страшную». Дима явно не хотел его оскорбить, выразил свою мысль как сумел. Что же до вопроса… его любопытство вполне оправданно.

– Если тебя интересует татуировка, то это была не моя идея. Если ты в целом про черты лица, то все вопросы – к моим родителям.

– Да про тату я! – поспешил заверить его ассистент. – Откуда она у тебя?

– Повторюсь, это была не моя идея. Я даже согласия не давал. А подробности я, с твоего позволения, опущу.

– Да, конечно, не говори! Я просто начинаю понимать, почему ты здесь.

Ну это вряд ли. Человек, не знающий о Цирке, никогда не угадает правильно.

А Дима, вполне возможно, не угадал бы и в любых других обстоятельствах: парень он, похоже, добродушный, но академическими знаниями или аналитическим складом ума он вряд ли может похвастаться.

Андрей решил проверить свою теорию. В конце концов, если уж ему предстоит тут задержаться, можно хотя бы обзавестись союзниками! Понятно же, что с Агнией ему часто видеться не удастся.

– Как тебе вообще работается здесь?

Ассистент и сам рад был сменить тему:

– Отлично работается! Мне восемнадцать лет было, когда меня сюда взяли.

Мне очень повезло! У нас в деревне работы тогда не было, да и сейчас нету. Если что-то и появлялось, то разовое, а платили всякой х…ней! Мне один раз за то, что я помог сарай сделать, полмешка картошки дали, да и то подгнившей. А тут – шикарно! Платят каждый месяц, много, я скоро машину смогу купить! Правда, пить запрещают, если пьяным на работу выйдешь – сразу увольняют. Так я и пить бросил! Я же понимаю, что нигде больше меня на такую работу не возьмут. Я, знаешь, сколько классов в школе отучился?

– Сколько? – спросил Андрей, делая ставку на семь.

– Пять! Тут об этом знают, но не возражают, им важно, чтоб я справлялся. А я справляюсь!

Логично. От охранников, санитаров и ассистентов никто не ожидает написания научных трудов.

– Мне и с тобой нельзя болтать, – в очередной раз вспомнил Дима.