Чао, бамбино!

 – Поэтому, если кто рядом окажется, ты со мной не разговаривай!

– Что, за это тоже увольняют?

– Не, но зарплату могут урезать!

Что ж, это вполне предсказуемо, если принимать во внимание общую политику реабилитационного центра. Но Андрей не сомневался, что с ним ассистент будет общаться охотно – Диме и самому здесь скучно.

Дверь открылась, и два здоровенных детины втащили в зал тощего бледного парнишку лет шестнадцати с грязными темными волосами. Андрей уже знал, что это и есть Лютик – они еще утром пересеклись.

Мальчишка визжал и вырывался. Санитары с невозмутимыми лицами держали его, на оскорбления не реагировали.

– Шумный, – отметил Андрей.

– А он всегда такой! Псих, что с него взять? Когда его куда-то приводят, там всегда шумно становится, – сообщил Дима. – Но приходится, кормление в комнате ему сменили на ресторанное, чтобы приучать его к обществу.

– Тогда пошли отсюда, потому что у меня от этих громких визгов голова пухнет!

– Не у тебя одного, – страдальчески поморщился Дима.

 – С Лютиком никто из наших работать не любит! Мы всегда жребий кидаем, кто к нему пойдет. Он же дерется, кусается, царапается, даже плюнуть в тебя может. Один раз… правда, не в мое дежурство, но пацаны рассказывали… он вообще обмазался дерьмом и отказался его смывать. Не любит, когда его мужики трогают! А как его не трогать, когда он опасен?

– И тебе все еще нравится эта работа?

– А то! Ведь, кроме Лютика, есть и такие пациенты, как ты!

– Польщен.

Они надолго не задержались – Лютик «выкурил» пациентов из ресторана быстрее, чем слезоточивый газ.

Кого-то сразу повели на верхние этажи, к комнатам, но Андрей возвращаться туда пока не хотел. Охотник в нем уже заинтересовался странным блестящим предметом. Конечно, это, скорее всего, просто пустая банка или какой-то другой мусор, разумнее это просто проигнорировать, однако тогда ему придется терпеть месть со стороны собственного разбуженного и обиженного любопытства…

Короче, проще сходить.

– Прогулки по территории центра мне запрещены? – осведомился Андрей.

– Тебе – нет. Бывает такое, что некоторым пациентам их запрещают, чтобы они не травмировали остальных. Ну тому же Лютику! А тебе можно, нас предупредили. Но только в моем сопровождении, ты уж извини…

– Расслабься, ты меня не раздражаешь.

Андрей хотел добавить «пока», но передумал. Дима, при всем его внешнем добродушии, тянул лишь на обладателя «чугунного» чувства юмора.