Три цветка Индонезии

Михаил на секунду прикрыл глаза, отгоняя видение. Не время, не сейчас.

– Да, я понимаю, – кивнул он. – Но давайте сосредоточимся не на личном спокойствии, а на справедливости.

– Своим же заветам не следуешь, – шепнул голос Александры ему на ухо.

Он снова не поддался, Михаил не сводил испытующего взгляда с Антона.

– Почему это вообще вдруг началось? – поинтересовался Антон.

– По просьбе семьи.

– Что?.. Но ведь мы ее семья!

– Не единственная. Антон, расскажите мне, что произошло с вашей матерью.

– Так, стоп, – нахмурился Колесин-младший. – Это так не работает, не должно работать!

– И снова не совсем типичная реакция. Почему вы так не хотите защитить память своей матери? Ведь если ее убили, виновный уверен, что ушел безнаказанным. Разве вас это не задевает? А почему?

– Я не говорил, что меня это не задевает! Я не… То есть…

Надо же, надавить на него оказалось даже проще, чем ожидал Михаил. Может, Антону и дали хорошее образование – но в слишком уж тепличных условиях. Так что эта встреча могла принести следователю неожиданную пользу, если бы не была прервана тихим, но решительным женским голосом.

– Что, простите, здесь происходит?

Марина Лауж подкралась к ним незаметно, как охотящаяся львица. О ней Михаил пока знал не так много, но уже то, что он видел, впечатляло. На вид ей было лет сорок, высокая, сухощавая, внешность обычная, но очень ухоженная, да и чувство стиля определенно есть. Волосы Марина стригла коротко и оттеняла в платиновый блонд, губы красила алой помадой, помогавшей сделать ее отработанную улыбку особенно привлекательной.

За счет этого даже небольшие глаза не становились недостатком, а уж прочитать ее взгляд и вовсе могли бы немногие. Обывателям Марина наверняка казалась бесконечно очаровательной, душевной и достойной доверия. Михаил же подозревал, что в теле вечно довольной всем дамы притаился бультерьер.

– Это из полиции, – поспешил пояснил Антон. – Расследуют смерть мамы…

– Вот как? – удивилась Марина. – Впервые слышу.

– Вы и не должны были слышать об этом, вы же не член семьи, – напомнил Михаил.

– Не совсем так, мы вместе работаем, много лет знакомы, Леночка была моей близкой подругой. Я лично следила за тем, чтобы в ее смерти разобрались. Только вот не в чем там было разбираться! Все проверки показали: это просто несчастный случай. И я не совсем понимаю, зачем вы бередите старую рану.

– Не такую уж старую – всего год прошел.

– Да, но период очень уж неудачный.