Проклятие Баскервилей. Первоначальная рукопись сэра Артура Конан Дойла

– Откуда такая уверенность? По-моему, в нём присутствуют лишь одни предрассудки.

– Посмотрим, друг мой, посмотрим.

Глава третья. Проблема

Мы взошли на мраморные ступени и миновали солидного швейцара. Роскошные помещения напоминали апартаменты Древнего Востока. Я, как видно, напрасно ожидал, что «Семирамида» произведёт неприятное впечатление. Здесь погиб человек, которого мы не смогли уберечь, однако сияние отеля в лучах солнца, которое вдруг выглянуло из-за низких туч, сняло гнетущее чувство.

Где-то в глубине души у меня всё же теплилась надежда, что кончина сэра Чарльза вызвана всего лишь трагической случайностью, спровоцированной затяжной депрессией, однако Холмс походил на гончую, почуявшую след, и по опыту я знал, что обыкновенные несчастные случаи такую реакцию в нём не пробуждали.

Портье, юркий брюнет средних лет, увидев визитную карточку моего друга, кивнул и повёл нас в прохладный затемнённый коридор, устланный мягким персидским ковром.

Холмс замедлил шаг.

– Здесь всегда такое плохое освещение?

– Да, сэр, хозяин считает, что оно создаёт атмосферу вавилонской сказки.

Мы двинулись дальше и скоро остановились перед массивной дверью под номером 1А.

– Вот здесь он остановился и провёл свой роковой день.

– Когда вы видели его живым в последний раз?

– Я говорил полиции, в десять часов вечера или чуть позже.

– При каких обстоятельствах?

– Где-то в девять вечера наш хозяин, узнав, кто оказал честь своим присутствием в отеле, пригласил сэра Баскервиля на чашку кофе, он пробыл вместе с нашим хозяином в его кабинете, наверное, около получаса, после чего вернулся к себе.

В начале одиннадцатого он вышел из номера, попросил обновить чернила в чернильнице, после этого заперся внутри. Больше живым я его не видел.

– Кто обновлял чернила?

– Я, сэр.

– Окно было открыто?

– Кажется, оно было немного приподнято, поскольку в номере слегка сквозило.

– Кто-то из служащих отеля видел его живым после этого?

– Нет, сэр.

Щёлкнул замок, распахнулась дверь, и в нос ударил запах нежилого помещения. Холмс, поведя ноздрями, шагнул внутрь.

– Как видно, здесь нечасто останавливаются.

– Вы правы, сэр, все хотят на солнечной стороне, а эта комната выходит в затенённый глухой внутренний двор. Кроме этого, мы планируем провести ремонт, и пока намеренно никого сюда не селим.

– Выходит, что со дня трагедии здесь никто не останавливался?

– Никто.