Агентство сверхъестественной регуляции и свиток желаний

Если чего натворит – не оберется потом проблем от психанутой начальницы.

Блин, как же все бесит! Она прямо закипает…

Перед глазами внезапно появляется что-то белое и смачно плюхается на лицо.

Это увесистая стопка бумаги.

В бешенстве Табрис вскакивает на ноги и орет не своим голосом: «Какого хрена!»

Смотрит на потолок вагона. Вагон как вагон – все обычно. Тогда откуда здесь взялась бумага?

А, ну да… Конечно. Кто же еще?! Ну и получит у нее этот засранец!

Опять балуется с расширяющими сознание веществами.

Сеансы эмоциональной терапии проводит, как он это называет. Подсыпал-таки, сволочь, ей какую-то дрянь в чай. Ох господи, и почему она не питается солнечной энергией? В конце концов, она же ангел! Была бы у нее предусмотрена такая опция – не случилось бы такой фигни.

Стена вагона мягко обтекла ее кулак.

«Даже ударить нормально не могу. Отстойный приход!» – подумала Табрис.

Студентик ехидно замахал ей на прощание.

Уже догадавшись, что делать, она вышла в окно и погрузилась в темноту…

…А затем вывалилась обратно в реальность.

Отчасти благодаря тому, что Кортес отчаянно лупил ее по щекам.

– Проснись! – орал он ей в лицо, а его вздернутый нос буквально тыкался ей в глаз.

– Отвали! – зло отпихнула его ангелица. – Опять ты за старое! Клянусь, я тебя убью! – потянулась она душить Кортеса.

Тот от такого энтузиазма сразу струхнул и превратился в свою миниатюрную форму.

– Маленьких не бьют! – предупредительно выставил он вперед пальчик.

– Маленьких?! – не сдержала возмущения Табрис. – Да ты двухсотлетний читер! Тоже мне, маленький выискался!

– Да ладно тебе, остынь! Ничего ж страшного не случилось.

И впрямь, ничего страшного – за исключением того, что она потеряла время.

– Мне работать надо, а не поленом валяться от твоих фирменных миксов! – бросила ему Табрис.

– Вот я тебя как раз и старался завести, – ухватился за спасительную соломинку полуфейри.

– Только вместо этого ты меня вырубил, дятел! – ткнула ему очевидным ангелица.

Оставшись без аргументов, Кортес скорчил в ответ обиженную рожицу.

Натужно замахали полупрозрачные крылышки, поднимая его тушку над столом.

Он опустился на большой круассан, который неожиданным образом появился рядом с ее чашкой за время отключки. С разлету плюхнувшись в пружинистую мякоть свежей сдобы, шумно втянул запах носом. Ноздри его затрепетали.

– Кла-а-асс! – с восторженностью наркомана протянул Кортес.