Молчание Вселенной

Я вызову тебе такси…

В прихожей я долго стою в дверях и никак не могу выпустить его руку из своей, меня охватывает такая всеобъемлющая тоска, что мне кажется, стоит только выпустить его руку из моей, я тут же умру, просто перестану существовать. Мое существование без него просто не имеет никакого смысла.

– Как насчет прощального секса?

Он усмехается:

– Спасибо, но у меня уже был сегодня секс. Я не настолько ловелас и мачо, каким ты меня, видимо, считаешь. Я знаю, что многим девочкам нравятся плохие мальчики…

Я не хочу ехать на такси, но знаю, что в этом вопросе спорить с ним бесполезно, у Антона свои своеобразные понятия о том, как должен вести себя джентльмен.

Он может морально растоптать меня, но при этом галантно придержать дверь, подать пальто, оплатить такси. Спустившись вниз, я отпускаю такси и иду домой пешком, время уже позднее, но я совершенно не боюсь, что со мной может произойти что-то плохое, все самое плохое уже произошло со мной, правда я не знаю когда, только что или же много лет назад. На темных улицах нет ни одного человека, черные сырые переулки тянутся, тянутся и тонут в холодной сентябрьской тьме. Тусклый свет далеких фонарей мутными пятнами прорезает вязкую темноту, весь мир вокруг меня наполнен белесым туманом, мельчайшие частицы водяной пыли падают на мое лицо и смешавшись со слезами стекают по подбородку вниз, растрескавшиеся тротуары утопают в мутных ручейках. Темнота, душное покрывало тумана и мутные пятна фонарей – наверное, это и есть само воплощение одиночества. Я в данный момент невероятно остро ощущаю себя именно так – бесконечно одинокой и бредущей сама не зная куда во тьму. Когда родители после пропажи Кости таскали меня к психологам, я часто рисовала свое одиночество именно так – темная улица, темная дорога, тусклый свет фонарей. Наверное, фонари все же символизируют надежду, хотя я знаю, что надежды нет.

Я возвращаюсь домой глубоко за полночь, но родители не спят, они ждут меня на кухне, оттуда в нос ударяет удушливый запах валерьянки; я прохожу в свою комнату, дверь в комнату Кости закрыта, значит, он еще не вернулся.

Я редко захожу туда. После того, как он пропал семь лет назад я долго не могла переступить даже ее порога. Дверь в его комнату всегда закрыта, только иногда мама делает в ней уборку, вытирает пыль с его компакт-дисков, поправляет плакаты на стенах, перестилает его кровать. В углу стоит его рюкзак с учебниками, в шкафу висит его одежда, мы ничего не выбрасываем.