Противостояние миров. Том 1. Часть 2

Яга рассказывала всякие небылицы, много и красочно, местами даже колеблясь, забывая рассказать саму суть истории, или попросту путалась в своих словах, ссылаясь на старческую забывчивость.

Дорога оказалась недолгой, за бабкиными байками кажущийся темный горизонт леса приближался непривычно быстро, оставляя позади недавние кошмары. Верхушки деревьев становились отчетливее, и по мере приближения к лесу в сердца героев вновь потихоньку стало вселяться непонятное опасение.

Вскоре показались отчетливые очертания деревянных построек, расположенных недалеко друг от друга.

Ближе всех был маленький сруб с выступающей трубой, из которой валил черный, как смоль, дым. За ним, ближе к лесу, возвышался бревенчатый дом с двускатной крышей, каким-то образом стоящий на двух высоких пнях с выпирающими из земли ветвистыми корнями.

– Ой, Веечка! – выкрикнула радостная Селина. – Да, да! Точно, это она!

– Так, соколики мои, – перебила девушку косматая старуха, – мужчины первым делом в мовь, а женщины за мной следуйте.

Душебор чуть не поперхнулся, услышав о предстоящей помывке, но едва сдержался от накатившей паники. Недавнее знакомство с банником чуть не стоило ему жизни, и встречаться с ним вновь явно не входило в его планы.

– А, наслышана о твоем приключении, – Язя будто читала мысли старика, – не переживай, здесь ты расслабишься, как никогда.

В голове колдуна промелькнуло несколько мыслей, приведших бы кого угодно в паническую истерику, но старче скривил свое морщинистое лицо и, буркнув что-то одобрительное в ответ, поплелся в сторону небольшого сруба.

Чем ближе друзья подходили к назначенному месту, тем интереснее и сказочнее казалась возвышающаяся постройка.

– Что за избушка на курьих ножках? – вырвалось у расхохотавшегося Гуннара. – Етить-колотить, что за невидаль?

– Я несколько раз слышал об этой избушке, – поддержал его Добрыня, – но думал, что это пугалки для детей. Скажу я, жутковато смотрится все это.

За разговором спутники не заметили, как подошли к деревянной хижине и топящейся бане.

Пока друзья приближались к своему пристанищу, Кузьма наслаждался окружающей природой. Взору предстала мягкая зелень, которая нежно колыхалась от легкого дуновения ветра, пришедшего вместе с утренними лучами солнца и внесшего в спокойную и размеренную жизнь местного пейзажа маломальские переливы красок. Слегка вытоптанные тропинки говорили о нечастом их предназначении или бережном уходе за ними.