Уровни Эдема

Новостные источники подтвердили – нормально все, даже министерство мое пока на месте. А ну и ладно, в самом деле. Могут же все один день без меня прожить?

Выключил технику, забрался под душ и приготовился моргнуть до утра. Не тут то было.

Шорохи, гул автомашин, собирающиеся в давящий на уши далекий звук движения лап в каменном лабиринте. Холод от набежавшего в окно ветра, будто не удержанного двойным стеклом, а выплеснутого прямо под одеяло. Словно я все еще там, на угловатых камнях в пещере-колодце, и вот уже постель колет острым камнем.

Страх и дрожь до перестука зубов, от которых, устав бороться с собой, я рывком сел на кровати и включил настенную лампу. Двенадцатый час. Коньяка нет. Да и не дело это – сопьюсь. Так нельзя.

Обтер до красного цвета тело махровым одеялом, возвращая тепло. Залил в себя большую кружку горячего чая, ошпаривая язык. Вернулся в комнату и с тоской посмотрел на кровать. Оставить свет включенным? А поможет?

Звонок у соседки звучал секунд шесть, пока с той стороны глазка не мелькнул свет включенной в прихожей люстры.

– Сережа? – Удивленно посмотрело на меня заспанное лицо Лилии.

– Привет, – постарался искренне улыбнуться я, не давая недавнему страху скрутить мышцы на скулах. – Повязку поменяем? – кивнул я на ее ногу.

Пока она осознавала неожиданное для ночи предложение, просто вошел вперед, вслед за невольно отшагнувшей девушкой.

Где бинты и мазь я помнил по прошлому визиту, так что тщательно вымыл руки под горячей водой, окончательно успокаиваясь.

Затем усадил Лилию на кровать, снял старую повязку, вымыл ее ножку в набранном теплой водой тазике, нанес новый слой мази и аккуратно наложил новый бинт. Затем приподнял на руках и осторожно уложил на постель, прикрыв одеялом. Вылил воду, вымыл руки, погасил свет и лег рядом, прижавшись к спине девушки, накрыв нас одеялом.

– А? – Ворохнувшись, провела она ладонью по моему бедру.

– Спи-спи, – успокаивающе шепнул я, забирая ее руку своей и нежно обнимая.

На этот раз сон пришел быстро и был он без кошмаров, настоящих или мнимых.

Потому что Там, в пещере, не было ее. А здесь она – есть. Значит, я не Там, и моим страхам тут тоже не место.

Глава 6

Утро следующего дня выглядело осколком чужой жизни, вклеенной в привычное течение бытия. Пробуждение в чужой постели, завтрак на двоих и серость разгромленной перфоратором прихожей собственной квартиры, холодной и непривычно чужой, будто осколок Той стороны уже стал ее частью.