Уровни Эдема

– Не мог я раньше прийти, – попробовал я подобрать разгадку холода и равнодушия. – Честно.

– А утром где был?

– На работе! – И служебку, оставшуюся в кармане, развернул. – Посмотри в глазок.

Дверь вновь приоткрылась на цепочке, и девичий взгляд цепко пробежался по тексту и размашистой подписи начальства. Хоть где-то бумажка пригодилась.

Хотя, с другой стороны, зачем я вообще что-то доказываю. Развернулся и ушел бы давно. Так бы, наверное, и сделал.

Но ведь перевязка действительно нужна, даже если помощь принимать не хотят.

На секунду представилось, как пытаюсь убедить людей «Той стороны» совместно бороться с ящерами, а те заставляют уговаривать и подкупать их ради права им же помочь. Если там действительно люди, то так скорее всего и будет. Так что Матвей прав – ящеров под нож, если к нам заявятся. А в остальном – не делай добра и не получится, как обычно.

– Пройдешь? – Оказывается, уже несколько секунд смотрела на меня Лилия, стоя чуть дальше распахнутой двери.

Прошел.

Ушиб изящной ножки уже налился неприятной желтизной, как бывает с синяками уже на самом исходе. Скоро прежняя белизна вернется, боль отступит, а я вряд ли стану навещать эту квартиру. Но пока что любое дело, за которое взялся, надо доделать со всем тщанием. Чем и занялся, осторожно массируя вместе с мазью отставленную чуть вперед ступню присевшей на кровать девушки. Сама Лилия смотрела в окно, изображая равнодушие и, наверное, обиду.

Не важно, главное – чтобы ножка поскорее зажила. И этот посыл, не смотря на холодность девушки, перевитый нежностью и заботой, действительно работал. Правда, не совсем так, как должен был – и отчего в горле застрял изумленный возглас, а сам я чуть было не отскочил в сторону, осознав происходящее.

Попросту – правая ладонь отчего-то занялась зеленым свечением, а из под ее касания на коже девушки сходила всякая желтизна ушиба, будто не было ее никогда…

– Глаза закрываются, – сонно и чуть виновато произнесла Лилия, заваливаясь на кровать.

А я продолжал водить по ее коже зеленоватым свечением ладони, путаясь в мыслях, отчаянно смаргивая и даже единожды себя ущипнув. Но свечение – вот оно, а нога – уже через пару минут осталась без единого следа от синяка.